Сегодня
16+
 

Игорь СНЕГИН

31 мая 13:27 / Великая Отечественная война / дети / история / книги / лагерь 935
Детские подвиги артековца, ставшего сахалинским военкомом

ПИОНЕРСКИЕ КОСТРЫ ВОЙНЫ

Эстонские ребята, встретившие начало Великой Отечественной войны в Крыму, во Всесоюзном пионерлагере «Артек». Один из них впоследствии полюбит и Сахалин, оставшись здесь навсегда.

Бесхитростный и трогательный рисунок, открывающий пост, переснят мной с обложки редкой  книжки, изданной в 1963 году небольшим тиражом в Таллинне и бережно сохранённой нашей землячкой Зоей Георгиевной, вдовой Владимира, экс-пионервожатого и одного из ключевых соавторов сборника. На обложке - рисунок пионеров и загадочное слово на латинице. С эстонского перевели его так: «ПИОНЕРСКИЕ КОСТРЫ». Под символически-говорящей обложкой остались для неравнодушных потомков воспоминания 33-х мальчишек и девчонок из далёкого уже времени. Их документальные свидетельства жизни пионерлагеря номер один в грозовых 40-х. А главное, на все времена свидетельство подвига по их спасению.

Негромкого, но каждодневного. Из месяца в месяц. Из года в год. Почти всю войну.

Хотя, казалось, война всё спишет. И стоило ли заморачиваться? Оказывается, очень даже стоило. Для конкретных детей (и их родителей). И для её величества Истории, которая состоит не только сплошь из эпохальных битв, а обязательно ещё и из таких вот эпизодов бытия. Не менее важных и существенных для понимания того, как и почему именно в 50-х удалось создать уникальный Советский народ. Говорят, он был лучшим в мире. И действительно непобедим. Потому что его нельзя было купить (а значит, и продать тоже)...

Первая страница - разворот документального  раритета...

А эстонским пионерам в июне 1941 года несказанно повезло: как лучшим из лучших, круглым отличникам, им выдали заветные путёвки в легендарный пионерлагерь.

Он был где-то там, далеко, на  тёплом полуострове Крым, на самом юге бескрайней и загадочной России, с которой их республика только-только воссоединилась. А первый развод, напомним,  случился в 1920 году, после крушения империи, в разгар гражданской. Зарождающаяся Российская Советская Социалистическая республика, между прочим, тогда первой в мире   признала суверенную Эстонию. Но кто это сегодня помнит? Сегодня это не тот «тренд», с которым можно носиться противникам антинародного режима. Сегодня на Западе оценят и заметят разве что противоположные (антироссийские) течения.  

Впрочем, пройдёт двадцать лет, и мы опять были вместе: при скандальной (как видится сегодня) дипломатической поддержке тогдашней Германии. Да, летом 1940-го Советский Союз ввёл войска в Таллинн. Тамошний народ в основном и не возражал...

Скромная и эффектная просоветская демонстрация 17 июля 1940 года в Таллине...

А юным эстонцам, получившим счастливый билет в «Артек», к тёплому Чёрному морю, многие искренне завидовали. Повезло так повезло! Но было и редкое меньшинство: а что там их ждёт в  непредсказуемой, дикой и бескрайней России?

Мать нашего героя, Юлия Михкелевна Аас (о её нешуточном подвиге читайте в одном из предыдущих постов), откровенно плакала. На перроне вокзала ещё мирного Пярну. Просила 15-летнего сына Володю (в Эстонии близкие звали на местный манер - Велло), не уезжай. Хотя своими же руками и костюмчик ладный вот  уже сшила в дорогу, и рубашечки новые. Чтобы выглядел не хуже других...

Но кто ж удержит от такого подарка. Благо ещё, в эстонских школах преподавали и русский язык, помимо эстонского и немецкого, что заметно облегчит процесс общения в России. Хотя Владимира к числу больших говорунов никто и никогда не относил.

Юлия Михкелевна Аас, эстонская мама, негромкий герой антифашистского сопротивления Пярну...

Материнская душа, конечно, чувствовала дыхание близкой войны. И уже после отъёзда Владимира война на годы провела кровавую границу – «до» и «после». Границу, которая прошла по жизням-судьбам. В Прибалтике окажется немало тех, кто учился в одном классе или школе, жил в соседних домах, дружил... Но потом окажутся в разных окопах на одной-то линии фронта. И значит, будут выбирать: стрелять друг в друга (прицельно). Или имитируя...

На войне, как на войне. И особенно страшно, если она -братоубийственная. Ведь многие эстонцы, как и прибалты в целом, станут ярыми пособниками Гитлера в уничтожении евреев и красноармейцев. Перейдя на сторону фашистской Германии и почувствовав вкус крови, некоторые и после победного 1945-го окажутся в лесах, отороченных болотами.  

Выбор за многих заранее делало Провидение. На годы и годы вперёд определяя и поведение, и судьбу, которую предстояло прожить.

Для Владимира Аас поездка в Крым вообще предопределила всю его последующую жизнь, навсегда привязав к СССР (читай - России). Несколько лет он был вожатым «Артека», но детям вдруг которым оказалось некуда возвращаться - их родные территории быстро захватила Германия. И подобно цыганскому табору, с песнями и детским оптимизмам, пришлось колесить, скитаясь по бескрайней стране, уворачиваясь от бомб и шальных пуль. Как и дурных людей, которых, к счастью, почти не встречали. А если и было, то глубоко в душу не запала. Зато хорошее останется с ними до конца, согревая и вдохнавляя.

В 1944-м Владимир Аас окончит трёхмесячное (ускоренное) военное училище, станет младшим лейтенантом. И его сразу отправят на фронт, в Эстонский эскадрон...

После Победы будут годы новой учёбы и службы. Успеет побывать  и военкомом эстонской столицы Таллина. Переедет в Южно-Сахалинск, где встретит любовь всей своей жизни. И останется здесь навсегда. Он - городской военком, а после отставки - военрук  в Лесном техникуме (сегодня - промышленно-экономический техникум, что соседствует с площадью Победы).

Ах, да - мы сильно ускакали вперёд. Теперь вернёмся к истокам. Детским ещё.

Самое удивительное и невероятное в истории спасения знаменитого пионерского лагеря - это всегда непоколебимо твёрдая позиция советского правительства. По части спасения  артековцев.  

Враг стремительно продвигался вглубь Союза и мы ежедневно теряли посёлки, деревни и города, а то и целые области. Судьба страны нередко висела на волоске. И многократно поносимая сегодня за жестокосердие «совдепия» тех лет, казалось, дышала на ладан. Тем не менее, тогдашняя власть помнила не только о фронте и его жутких аппетитах. Она никогда не забывала о детях - этой горстке в пару сотен, а под конец и несколько десятков пионеров, которых не смогли забрать родные. А им самим было некуда возвращаться. Немцы быстро успели отсечь их от отчего дома.

И верховная власть страны вдруг предстаёт в таком несвойственном ей человеческом образе, даже отдалённо не напоминающем привычный ныне людоедский ...

Самая длинная смена, тянувшаяся с 1941 по 1944 годы, откроет с неожиданно стороны и Сталина, и его стальное правительство. Которое в самые тяжёлые периоды войны (та же Сталинградская битва, например), никогда не забывало об артековцах. И ВСЕГДА находило для них деньги, транспорт, крышу, еду, учителей, опекунов... И безопасность. Отдавая им то немногое из лучшего, что ещё можно было урвать или отнять у войны.

Быстро взрослевшие эстонские дети всё происходящее тоже видели, «мотали на ус». Так что потом никакая прозападная пропаганда уже не могла их лихо оторвать от советской действительности, которую они на себе пережили играючи. И она понравилась! Это когда человек человеку мог действительно быть и другом, и братом. А часто и заменять родителей. 

Без нескончаемых счетов, пустых и пафосных  слов, показывая всё поступками. И примерами того, на что всегда и везде - дефицит:  это примеры неподдельного добра, живущего в недрах здорового народа всегда. Особенно к детям.

Многим эта шероховатая из-за войны и всё равно очень трогательная опёка, опалённая суровыми буднями раненной страны, которую рвали, мучили, убивали всерьёз, спасла жизни. И веру в человека.

А  среди эстонских пионеров были, судя по всему, и еврейские дети, которых немецкие фашисты (и их активные пособники там, на местах) уничтожали в первую очередь. Поэтому в дальнейшем и эти уроки советской власти, полагаю, тоже предопределили выбор Владимира Ааса: он навсегда связал себя с Красной Армией. А потом и, повторю, с Сахалином...

НАЧАЛО САМОЙ ДЛИННОЙ СМЕНЫ

Вот они, первые строки той давней исповеди Владимира, о самой длинной смене «Артека» в эстонском сборнике «Пионерские костры». Судя по всему, этот документ эпохи никогда не переиздавался. И не переводился на русский. Это сделала недавно (в рукописном варианте) ближайшая родственница Владимира по просьбе вдовы (в левом верхнем углу - несколько простых и добрых слов посвящено именно ей, любимой женщине, подарившей ему много хорошего, а главное, сына)...

«Нас, мальчишек и девчонок, было чуть более 30-ти, кто первыми из Эстонии поехал в июне 1941-го во Всесоюзный пионерский лагерь Артек, - напишет Владимир в воспоминаниях. – Нам пионерлагерь в период Великой Отечественной войны заменит и дом, и родителей. Из девушек самой старшей, около двадцати, была Нина Храброва из Нарвы, из ребят - я (15 лет).

Хорошо помню большого шутника Адольфа Тонне из Вильянди, серьёзного парня с острова Сааремаа Виктора Кедккюла, вечно переполненного новыми интересными идеями Карла Хеллата из Тарту. А разве забудешь Колю Полли (тоже из Тарту), спокойного парня с явным талантом художника. Или Володю Николаева, виртуозного исполнителя русских народных танцев, как и дивную певунью Аду Салу из Нарвы. Или немногословного и собранного внутри Харри Лиидеманн из Хаапсалу, как и одарённого писательскими талантами Лайне Теесалу из Таллина. И ещё многих других, с кем, невзирая на разницу возраста, свяжет судьба крепкими узами дружбы.

...Нас, эстонских пионеров, по прибытию в «Артек» поселили в настоящий дворец: «Суук–Су», бывший правительственный санаторий, переданный детям...»

Этот красивый замок с удивительной историей.Расписывал его великий русский художник В.И.Суриков. Внутри - белоснежные мраморные лестницы, арки, фризы, лепка, изразцы и стеклянная мозаика. В 1913 году здесь гостил Николай II. Часто отдыхали  эмир Бухарский, творческая элита империи: Бунин, Скрябин, Куприн, Коровин, Шаляпин. Согласитесь, достойная компания! Шаляпин даже собирался основать тут терем искусств - не успел, грянули окаянные  дни.

А так, действительно лучший курорт России и Европы для аристократов и богемы, с прилегающим комплексом гостиниц, теплиц и столовых. Он, дворец, чудом уцелел после революции и мигом отошёл к верхушке (ВЦИК, то есть правительству), как «ихний» санаторий. Но в 1925 году, то есть практически сразу после основания пионерлагеря,  всё же был передан детям «Артека». В этом ослепительном великолепии (верхний снимок), повторим, разместили и первых эстонских ребят, приехавших на отдых в июне 1941-го, включая и нашего будущего земляка (по острову Сахалин) Владимира Ааса...

А этот снимок говорит без слов, что стало с дворцом после того, как в нём похозяйничали немецко-фашистские ценители прекрасного. Пришлось всё восстанавливать заново: и комплекс, и дворец, разграбленный и почти совсем разрушенный. Но это уже другая история. ...

Владимир не без гордости рассказывает, что в июне 1941-го в «Артеке» отдыхали дети 48 национальностей, и всем хватало места, улыбок, внимания и тепла. В честь открытия смены был традиционный праздник, где каждый отряд демонстрировал свои таланты: кто песнями, кто танцами, кто читал стихи собственного сочинения...

ПИОНЕР - ЗНАЧИТ, ПЕРВЫЙ ВО ВСЁМ

Очень ёмкое и симпатичное слово ПИОНЕР. Первопроходец, значит. Незаслуженно попало под раздачу в 90-е, после уничтожения Советского Союза. Крушили всё ради новой ипостаси - капитализма. Пожирающего ради прибыли, по метким словам Маркса, и родную мать. Но вспоминать классика тогда было не модно - веяло отстоем. Или застоем?

Упразднили  всё - и пионерскую организацию (заодно октябрят и комсомольцев), о компартии, профукавшей страну, вообще лучше помолчим.

Но почему нельзя было оставить аромат счастливого детства, пусть и советского? Ведь был же праздник? Был. И в названии - Дворец  пионеров - есть некая волшба притягательно-зажигательная. Как и  Дом пионеров, пионерлагерь. Понять логику угодливо перекрасившихся чиновников невозможно. Потому что, отказавшись от галстуков, горна и барабана, отрёкшись от дедушки Ленина, наверное, можно было всё же не запрещать само слово, означающего  первопроходца. Если очистить его от идеологического флёра, то что плохого в историческом  названии? Или лучше, как всегда, перебздеть?

Сегодняшнее скучно-казённое - Дворец детского творчества на мой взгляд, без души, без фантазии. Наконец, без драйва... Разве в таких скучных конторах (без парусов!) делаются прорывы и открытия? Рождают гениев? Может, поэтому последние десятилетия про творческие открытия этого славного заведения слышим мало, точнее почти ни-че-го?

Отвлёкся невольно, всё-таки жаль загубленное движение пионерию, с Тимуровскими отрядами, помогавшими старым и больным, одиноким. С  игрой «Зарница», да теми же кострами до звёзд! И какими песнями! «Орлёнок», «Юный барабанщик», «Гайдар шагает впереди», конечно, и супер-классика (куда ж без неё ) «Взвейтесь кострами синие ночи!..»

Дворец пионеров в Южно-Сахалинске с той ещё эмблемой...

Было очень обидно, когда с крахом родины - СССР - похерили и хорошее, что при нём родилось. Начиная, повторим, с пионерии, которая ещё на заре своего рождения помогала побороть страшное: беспризорность и безграмотность.  Зато сейчас многое из дурноцветия 20-30-40-х годов прошлого века может вернуться. И уже возвращается через дикие привычки бездумно рисковать и глупо погибать, бродяжничать, идти на панель, попрошайничать и т.п и т.д.

НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ СЧАСТЬЯ

В «Артеке» после концерта пришли будни. Как пишет Володя Аас, «будни, полные туризма, спортивных состязаний, песен... Нам, ребятам, понравились игры в разведчиков, военных. Удача переменчива, и только очень скромный и в обычной жизни неразговорчивый Лиив Ханс сумел представить ход сражений так, что наш отряд оказался лучшим. Правда, затем опытная пионервожатая опустила на землю.

- Какие  результаты сегодня? - спросила.

- Забрали флаг у условного врага, - обрадовал Ханс.

- Великолепно! А что сделал враг? 

- Забрал все наши флаги, - пришлось признаться Хансу...

ЗА ТРИ ДНЯ ДО  ВОЙНЫ

Как вспоминал бывший пионер из Пярну и будущий военком Южно-Сахалинска, вторая летняя смена 1941 года была совсем непохожа на предыдущие. Впервые сюда приехали ребята из недавно влившихся в СССР стран и областей. Помимо посланцев упоминавшихся уже трёх республик Прибалтики, были дети из западных частей Украины, Белоруссии и Молдавии. Многие вообще не говорили по-русски. Чтобы избежать проблем в общении, с каждой группой приехал сопровождающий вожатый, которым был и переводчиком, и учителем русского. Как ни странно, но дети быстро освоились и совсем не производили впечатление запуганных «зверьков» - напротив, в «Артеке» всем понравилось!

Идут новые артековцы, уже переодетые в фирменную одежду.  Где-то среди них должен быть и Володя Аас. Такие они, немного ошарашенные от свалившегося изобилия и улыбок, артековцы «призыва» 1941-го года...

Среди приехавших были, конечно, и традиционные посланники Москвы, Ленинграда, Симферополя - дети партхозактивистов. И просто очень талантливые ребята, как тот же отличник из Пярну  Володя Аас, ставший вожатым и возглавивший Первую группу из Эстонии. Ей досталась роскошная Нижняя часть лагеря, вместе с упоминавшимся выше дворцом из сказок.  

Заселились они 19 июня. А уже утром, 22-го началась ВОЙНА. Но пока ещё тикает мирное время. Самая горячая пора у вожатых групп: ничего не забыть. Сначала - душ для всех.

По приезду - сразу сюда...

И обед за уже накрытыми столами, почти как в ресторане, только без графинов «горючего»...

Подгонка новой формы. Обед. Тщательный медосмотр - на каждого заводилась медицинская книжка и, если есть показания, назначалось лечение. Здоровье детей в «Артеке» всегда было под контролем.

Если требовалось - обязательно лечили детвору...

В первые дни - и распределение  должностей в отряде. Запевал отбирали попутно разучивая песни, с которыми не придётся скучать у большого костра.

А завтра придёт война...

Официальное открытие смены (общий праздник!) пришлось на 21 июня. Некоторые источники, правда, сообщают другое число, 22-е, когда уже всем всё было известно и праздник, понятно, заменили митингом. Но это не соответствует действительности: в воспоминаниях эстонского вожатого, не склонного к фантазиям и перевираниям, мы видим настоящее открытие смены! За считанные часы до войны. Но кто же здесь об этом мог даже подумать! Ласковое море, сказочный воздух, солнце, птицы (только бы ещё знать, что они там беспокойно щебечут на своём языке...).

«Гвоздём» программы эстонцев, по словам Владимира Ааса, стала  придуманная накануне эффектная конструкция из тел - такая  большая пирамида. Достигнув совершенства, она вдруг бурно-весело обрушилась...

«Что вызвало неподдельное удивление и восторг зрителей», - отметил Володя.

Конечно, он не мог тогда знать, что их детская импровизация окажется провидческой. И через 50 лет действительно рухнет пирамида другая - великая и тоже многонациональная. Только всерьёз. Имя ей - государство СССР. Поначалу тоже случится восторг, особенно в Прибалтике. Постепенно приходит и тяжёлое отрезвление. Но не всегда и ко всем.

Зато в том «Артеке» мы вместе уже навсегда.

22 ИЮНЯ 1941 года

22-го июня. Всё как обычно: туалет, зарядка, умывальник, душ. Построение-линейка. Вкусный завтрак. Волейбол на площадке, обед, после которого уже не наступит «тихий час» никогда. Хотя ребята не ведали, что немецкие самолеты уже вовсю бомбят города, убивая и молодых, и старых.

«22 июня 1941 года, после обеда, неожиданно отменили «тихий час». И всех ребят собрали вместе для важного сообщения. Гурий  Григорьевич Ястребов, начальник пионерлагеря, очень интеллигентный и всегда спокойный высокий блондин, сообщил убийственную новость. Фашистская Германия неожиданно напала на Советский Союз. Началась война», - вспоминал Аас.

Вот он, в центре - красивый человек с высоким лбом, сумевший сберечь за годы войны всех доверенных ему пионеров.Гурий Ястребов (это фото сделано в вынужденном изгнании лагеря, аж на Алтае), с пионервожатыми и сотрудницами «Артека» в сердечно принявшей их Дальневосточной  Белокурихе...

Ястребов, как умел, успокаивал: для паники нет причин, всё скоро закончится победой наших и всё в таком духе. Кто же знал, что страшная война затянется почти на пять лет!

К концу печального дня стали поступать и полные тревог, а то и отчаяния, телеграммы: шокированные родители пробовали срочно вернуть своих детей. Крымские жители, понятное дело, ещё до официального сообщения начальника лагеря, спешили увезти своих детей домой. Через сутки-вторые-третьи добрались до лагеря папы и мамы из Москвы, Ленинграда, ряда других мест. Даже из Западной Украины как-то умудрялись приехать. Отдельно мобильными группами разъезжались по стране остальные, сопровождаемые вожатыми. Но что делать ребятам из Кишинева (он падёт 16 июля)? Или той же Прибалтики? На подступах к Таллину уже вовсю свистели снаряды и лилась кровь...

Естественно, эстонцев, литовцев и латышей решили пока оставить в «Артеке».

Ребята понимали, случилось нечто страшное. И очень переживали за пап и мам, оставшихся там, на Большой земле войны. Спокойная  жизнь лагеря рухнула раз и навсегда. Разве что для самых маленьких  почти ничего не изменилось: катались на катере, плавали, в ходу ещё были военно-санитарные игры и патриотические песни у вечернего костра. Но на сердце у всех было совсем  неспокойно.

«Маскировали здания, затемнили все окна, - вспоминал  Владимир Аас, - а старших, среди которых был и я, назначали на дежурство,  связными между сторожами парка и штабом лагеря. Но главная наша задача  была в дежурстве на высоком Пушкинском обрыве над морем. Нужно было сообщать в штаб о появлении вражеских самолётов, как и всём подозрительном.

О том, что это не детская игра, стало окончательно ясно после задержания настоящего шпиона.

Дело было так. Ночью мы заметили в горах прерывистый световой сигнал, сообщили о нём в штаб. «На огонёк» выдвинулись старшие товарищи и захватили вероятного диверсанта с поличным. Он специальным фонарём что-то передавал немецкой подводной лодке, всплывшей на поверхность и притаившийся ночью в бескрайней глади моря».

Следили ребята и за тем, чтобы никто не проник с воды. Но лагерь постепенно пустел: многих вывезли родители, многие отправились домой с вожатыми. И только пионеры из Литвы, Латвии и Эстонии, ещё были в полном неведении, что их ждёт впереди.

Возвращаться было нельзя: всю Прибалтику немцы оккупировали  быстро, за неполные три месяца.

Владимир много позже узнает, что в это самое время его маму уже бросили в подвал гестапо. «Добрые люди» быстро донесли новой власти, что у Юлии Михкелевны сын уехал в Россию. И женщину начали по-настоящему пытать. Ломая кости, требовали, чтобы сообщила, где её Владимир и чем занимается в России. А она и сама знала одно: поехал отдыхать в пионерлагерь «Артек». Всё. Фашистская оккупация пришла в Пярну так стремительно, что даже письменной весточки от сына она получить не успела. Считай, через  несколько дней после отъезда случилась беда по имени война.

Жители столицы Эстонии, как видим, приветствуют в 1941 году немецкие войска заметно радостней и более массово, нежели год назад - советские...

После нескольких недель мучительных истязаний покалеченную женщину отпустят из камеры пыток домой, поняв, что и правда ничего не знает о судьбе сына. Она же после гестапо ждала, пока срастётся перебитая кость на ноге. Затем, оклемавшись, устроилась работать на кухню лазарета местного концлагеря. В одном из предыдущих постов я рассказал, как эта сильная  женщина под видом топлива, ночами перенесла домой «кожу да кости» - сначала одного раненного красноармейца, затем и второго.

Прятала на чердаке. Выходила. Маленькая дочь, как умела, тоже помогала в затяжной и сверхрискованной операции. К великому счастью, обошлось.

«Я это делала потому, что очень верила, что где-то в России подобная мне мать (или другой человек) поддержит, и поможет, и спасёт моего сына Владимира тоже. Сына, уехавшего в крымский «Артек» за неделю до начала войны, и пропавшего там»,- разоткровенничавшись, примерно так объясняла невестке из далёкого  Южно-Сахалинска свои поступки военных лет эта совершенно потрясающая женщина. Почти сумасшедшая. Все  годы, что длилась Вторая мировая война, пребывала в полном неведении, что с её сыном. Но кротко помогала чужим.

А чужие русские солдаты, которых выходила и помогла бежать дальше, к своим, морально помогали ей держаться, и жить. Они были той божьей гарантией, что и с её сыном ничего плохого не случится...

И ведь сработало!

Она не просто верила в Бога - верила в закон воздаяния: за свершения подобного подобное получишь и для себя. Прямо по Писанию

И не ошиблась, нет.

ЭХ, ПУТЬ-ДОРОЖКА...

1 июля на экстренной линейке начальник лагеря Гурий Григорьевич Ястребов сообщил, что советское правительство решило не бросать  на произвол судьбы оставшихся артековцев. Ему поручено занялся эвакуацией, увозя детей подальше от фронта. Вопреки артековским правилам, смену не закрыли - не до церемоний. Флаг, правда, спустили, захватив как талисман с собой в дорогу. Потом пришли  автобусы, они  доставят детей на железнодорожный вокзал Симферополя.

На вокзале пришлось долго ждать грузовиков с постельным бельем. Даже (невиданное дело!) задержали отправление поезда -в военное время за это шли под трибунал (читай - расстрел). И всё же ради детей сделали исключение.

Когда, наконец, грузовики въехали на перрон, грузили прямо через окна вагонов. Говорят, ни один комплект казенного артековского белья за всю войну так и не пропал.  

Примерно 200 детей из западных регионов страны переехали из Крыма в подмосковный санаторий «Мцыри». Это в Фирсановке, имении бабушки великого Михаила Лермонтова, где он, говорят, и  писал нетленку одноимённой поэмы.

Разгар лета, поднят флаг «Артека». По звукам горна спешат на зарядку, совсем, как в мирное время на полуострове. Правда, из соседнего леса в небо смотрят зенитки. А на соседнем поле ходят в учебную атаку новобранцы. И ещё по ночам небо оживает в жутких всполохах взрывов и от прожекторов. 

Будил, тревожил и неприятный гул «Юнкерсов», летевших бомбить и саму Москву...

Красная Армия несла, наверное, самые страшные за всю историю потери. В имении же Фирсановки (Владимир Аас назовёт его замком) командование вынуждено разместить военный госпиталь: фронт всё ближе, ближе. 

Здесь Гурий Григорьевич вновь соберёт всех мальчишек и девчат для официального сообщения: правительство окончательно решило сохранить нынешний состав «Артека»... до конца войны. Это притом, что настоящая бойня была ещё впереди, а конца кровавой и страшной вакханалии никто и приблизительно не мог предсказать. Или Сталин уже верил в Победу, а глядя на него, поверили, как это у нас водится, и остальные. Пусть и не сразу. А самое удивительное, в мясорубке, что творилась вокруг столицы, детей решили во что бы то не стало спасти.

Как? Увозить подальше от бомб. Поэтому выбрали неблизкий тыловой Сталинград. Точнее, другой санаторий близ него, на реке Дон, что около красивейшей Нижне-Чирской станицы. Никто не мог предположить, что именно там через год начнётся одна из самых кровавых и судьбоносных битв.

Станица Нижне-Чирская. Это не артековцы. Просто концерт  пионеров. Других, хотя и очень похожих...

... Старенький пароход «Правда» шлёпал и шлёпал лопатками колёс по Волге-матушке реке. Вот и Горький, где ребят пересадили на другой пароход, «Урицкий» - многие курильщики  десятилетиями уважали «Беломорканал» этой одноимённой фабрики Ленинграда. Причём, часто и не подозревая, что чекист Моисей Соломонович умер вовсе не от туберкулёза, вызванного нещадным курением, а был банально застрелен в расцвете сил ещё в 1918 году. И если «Урицкий» пересёкся с судьбой артековцев случайно по касательной (на реке), то Клара Цеткин, имя которой носила другая гигантская табачная фабрика-конкурент, сама любила подымить, вставляя папироску в мундштук. А вспомнили мы её потому, что специально приезжала в «Артек». Да не раз. Чтобы вправить мозги, кому следует. Так что именно этой даме артековцы (и обитатели более скромных детских  лагерей), обязаны почти казарменным распорядком и  дисциплиной. Повторю, насаждённой с подачи Цеткин сначала в «Артеке». Далее везде. На склоне лет заслуженная дама была весьма зловредной, возможно, из-за досрочно упразднённых властями сексуальных излишеств. Хотя, как знать. Доподлинно лишь известно, что папиросы фабрики её имени  заметно уступали в качестве популярности бренду «Урицкий»...

Вот он, красавец «Урицкий», увозивший артековцев от войны, но она их всё равно через год догонит у Сталинграда...

Эта же деятельная и не совсем молодая немка придумала совершенно безумную (особенно на первых порах) сексуальную революцию в России, более напоминавшую сплошные оргии между любыми полами (о чем однажды уже был здесь пост). И даже милый и живучий день 8 марта тоже её заслуга-бренд. Правда, всё это сочинила на пару с подругой и успешной соперницей в любви Розой (она же Розалия) Люксембург. Ещё бы не отбивать - Розалия всё-таки была почти на четверть века моложе Клары. Но это не принесло большого счастья и сытного долголетия, поскольку Роза (Розалия) выполнила свою земную миссию досрочно (была, увы, застрелена ещё в 1919-м).

То есть, задолго до создания «Артека» в 24-25 годах. Так что прочие вольности-подвиги, вплоть до своей кончины в 1933-м году,  товарищ Клара стоически совершала одна.

Шаловливые подруги–«револьюционэрки», как вычурно говорили тогда. Слева - волевая ветеранша борьбы Клара Цеткин, привнесшая в пионерлагеря стальную дисциплину. Справа - относительно юная и не столь категоричная, хотя и тоже любвеобильная Розалия Люксембург ...

Об этой части истории «Артека» (дисциплинарной, а не - пардон, сексуальной, хотя она тоже совсем не исключена в жизни), можно чуть подробнее в другой главе. 

Воспоминая о милых революционерках чуть развлекли и удалили от ужасов войны.

Войны, которая никуда не делась и лишь разрасталась метастазами на теле СССР. Но вместе с ней артековцев ждали новые приключения на большом и тернистом пути.

Так устроен этот мир, что всегда разные краски. Но об этом уже в следующий  раз.

Комментарии

Еще записи этого автора

Как завести блог?

Блогеры

Комментарии в блогах

Популярное в блогах

Теги в блогах