Сахалинским зрителям показали в Чехов-центре другого Островского

1089
Вт • 23 октября 2018 • 15:41
Екатерина Банковская

Премьерой по мотивам драмы «Гроза» Александра Островского открылся 88-й театральный сезон в Чехов-центре. Московский режиссер Александр Созонов перенес действие в 2159 год

Мода постапокалипсиса

«Будьте готовы ко всему», – перед началом спектакля предупреждает зрителей режиссер, а после добавляет: «Несите русалку». Актрису Татьяну Никонову в образе мифической ундины с бирюзовой косой на руках проносят через зрительный зал и усаживают на кресле в партере. Не сразу и заметишь на афише жанр премьеры – сказка. Все страсти в вымышленном городе Калинове разворачиваются спустя ровно 300 лет после выхода «Грозы» Островского. Закончились смута Красная и война Последняя. Царь-батюшка навел вечный порядок. Построили Великую русскую стену, которая отделила Русь святую от нехристей, содомитов и лютого холода. Наступила пора вечного тепла и православного Интернета. В идиллии летнего дня красотой природы наслаждаются механик-самоучка, мечтатель Кулигин (Сергей Максимчук), конторщик Ванька Кудряш (Александр Ли) и мещанин Шапкин (Роман Мамонтов). Герои одеты по последней моде постапокалипсиса – смесь рокерства и народных мотивов, но выглядят на удивление гармонично. Хотя больше всего со сценическим нарядом повезло Роману Мамонтову, ему весь спектакль приходится щеголять в мохнатом костюме… медведя. Видимо, в будущем дружба русских с косолапыми из анекдотической переросла во вполне реальную

Огонь классики

Приверженцам театральных традиций не следует сгоряча выкидывать билеты на премьерный спектакль с вердиктом вроде: «Это не «Гроза». Это не Островский!» За антиутопической формой скрывается отнюдь не вольная трактовка, а содержание, созданное в далеком 1859 году. К тексту Александра Николаевича постановочная группа отнеслась максимально бережно, не изменив ни слова. Только пара кавээновских  интермедий создают сатирические параллели с днем сегодняшним. И грустно усмехается зритель, когда над поваленными березками слышится китайская речь.

– Когда ставишь классическую пьесу, есть возможность развернуть ее под таким углом, под которым этого никто не делал. Хрестоматийное название на афише вызывает у зрителя доверие. Но режиссеры и актеры призваны не просто хранить классическую традицию: это передача огня, а не поклонение пеплу. Если автор – мощный драматург, то проблемы, которые он поднимал, понятны в любом времени,  любому поколению, – рассуждает режиссер Александр Созонов, выпускник курса Кирилла Серебренникова в Школе-студии МХАТ.

 

Заученное по школьным учебникам выражение про «луч света в темном царстве» сегодня считывается иначе. А что если в будущем нас ждет новый «Домострой»– когда жена безмолвно кланяется мужу в ножки? Но даже в мире вечного лета из догмы, единой и обязательной для всех, не может выйти ничего хорошего. Неизбежно  разразится гроза.

По задумке художника-постановщика, выпускницы Школы-студии МХАТ Алины Алимовой, герои пьесы существуют на остатках былой цивилизации. Сценическое пространство отдаленно напоминает разрушающуюся гидроэлектростанцию.

– Действие происходит в абстрактном городе на Волге. В большинстве таких есть ГЭС. Так родился силуэт станции, ставший сквозным в спектакле, – поясняет художница из Москвы.

Среди металла, электрических лампочек и неоновых икон вырастают зеленые березки. Символический причал уходит прямо в партер зрительного зала, напоминая, что вода повсюду – и в Калинове, и за Великой русской стеной. Но вместо того, чтобы решать проблему, калиновцы устами странницы Феклуши (Любовь Овсянникова) поют хвалы «бла-алепию» (благолепие).

Катин дебют

Пуританские догмы противны свободной, горячей натуре Катерины. С мужем-мямлей Тихоном (Антон Ещиганов) девушка медленно задыхается. А играть и приспосабливаться к фальши калиновского мира, как находчивая золовка Варвара (Анастасия Быкова), она не может.

Главная роль «луча в темном царстве» досталась дебютантке островной сцены – выпускнице Дальневосточной академии искусств Алле Кохан. Актриса так грезила Катериной, что на кастинге ей не нашлось равных. И режиссер без сомнений сделал выбор в ее пользу.

 

Тонкая и невесомая Катерина читает хрестоматийный монолог «Отчего люди не летают, как птицы?..», держа в руках селфи-палку. А перед зрителем разворачивается масштабная видеопроекция, будто прямая трансляция в соцсетях. Вряд ли кто-то видел более искренние заявления на просторах Всемирной паутины…

– Она хочет жить в правде. Часто люди мучаются от того, что не озвучивают что-то важное для себя и других. Но проблема в том, что правда в Калинове никому не нужна, – говорит о мотивах своей героини Алла Кохан.

По иронии судьбы Бориса, возлюбленного Катерины, играет однокурсник Аллы Виктор Крахмалев. Артисты впервые встретились в одном спектакле: после выпуска Виктор сразу отправился на Сахалин, а Алла работала в театре Нягани.

Распределение ролей в «Грозе» преподносит и другие сюрпризы. Кабаниха (Наталья Красилова) на островной сцене – не дородная купеческая вдова, а стройная пепельная блондинка в черном шелке, соблазнительных чулках и неизменной сталью в голосе. Только перед такой Марфой Игнатьевной Кабановой теряет весь свой хамский запал богач-самодур Дикой (Артур Левченко).

Вакханалия в Калинове

В процессе работы над спектаклем возрастной ценз «Грозы» поднялся с 16 до 18+. И хотя сказка по мотивам драмы Островского получилась самой страстной премьерой на сцене Чехов-центра, постановку нельзя упрекнуть в чрезмерной откровенности. Едва ли сегодняшних старшеклассников удивишь красивой женской фигурой в нижнем белье или поцелуями под луной.

А кульминация вакханалии в Калинове представляет собой красивейшую пластично-музыкальную сцену, от которой скорее веет романтичностью, нежели пошлостью.

К слову, хореографический рисунок спектакля создавала Полина Пшиндина из Парижа. Музыку специально для сахалинской «Грозы» написал известный в театральных кругах композитор Иван Кушнир.

 

К синтетическому жанру современного театра, какой получилась сложносочиненная сказка «Гроза», приложили руку множество талантов. Мультимедийную проекцию, заменяющую занавес, создавал видеоинженер Алексей Берсенев. Художником по свету выступил номинант на «Золотую маску» Дмитрий Зименко.

– Я бы присвоил спектаклю рейтинг 42+, а еще лучше тот возраст, когда у зрителя уже есть внуки. Всем остальным смотреть «Грозу» опасно для психики, – смеется режиссер Александр Созонов. – Если серьезно, современный театр требует работы не только художника, но и зрителя. Нужны максимальная начитанность, знание исторических и культурных контекстов, чтобы замечать визуальные и аудиальные аллюзии.

Но никто не запрещает просто прийти в театр и прожить с героями историю о запретной любви, разворачивающейся на фоне нового Средневековья. О страстях на пределе и силе правды, сметающей Великую русскую стену навязанных патриархальных догматов.

Александр Созонов поставил на сахалинской сцене «Метод Гренхольма». С 2014 года офисный триллер остается театральным хитом, билеты покупать приходится за несколько месяцев.

 

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru