Сбежать от пропойцы: история сахалинской святой Марии Кржижевской

вторник, 12 февраля, 13:47

Эксклюзивный материал

Мало кто из сахалинцев навскидку вспомнит имя Марии Антоновны Кржижевской – женщины, посвятившей себя Сахалину и его жителям.

Брак, сломавший жизнь

Мария Антоновна Кржижевская (1854–1892) – фельдшер Рыковского (Тымовского) лазарета, с 1886 года –основательница и бессменная руководительница Рыковской метеорологической станции, заведующая аптекой, акушерка и медсестра. Около метеостанции Мария Кржижевская развела ботанический сад, занималась обустройством местного храма.

Родилась Мария Антоновна 23 января 1854 года. В Санкт-Петербурге окончила акушерское училище при Калининской больнице. Однако надолго остаться в Северной столице ей было не суждено. Отец-самодур насильно заставил ее выйти замуж за гвардейского офицера Кржижевского – известного ловеласа, беспробудного пьяницу и картежника. Неудачное замужество перечеркнуло всю ее дальнейшую жизнь. Мария, женщина духовно сильная и волевая, отказалась от своей части наследственного имения и приняла решение провести оставшуюся жизнь вдали от Центральной России, посвятив себя служению простым и бедным людям.

В Петербурге слышали о тяжелой жизни на Сахалине: о невыносимых бытовых условиях поселенцев, о недостатке сестринских рук при тюремных лазаретах и страданиях сахалинских ссыльных. Жалея несчастных, Мария Антоновна осенью 1885 года отправилась на «остров изгнания». 

Умереть рядом с каторжными

Местом ее работы стал Рыковский лазарет. К своим обязанностям Мария Антоновна «относилась свято», пишет Иван Миролюбов (Ювачев), бывший морской офицер, который после 4-летнего сидения в Петропавловской и «каменном мешке»    Шлиссельбургской крепостей отбывал каторгу на Сахалине. Летом 1888 года его послали помогать Марии Кржижевской на метеостанцию. У Марии же постоянно не хватало времени – она безгранично отдавалась работе. Кржижевская проводила сутки в лазарете, оказывала помощь роженицам, занималась аптекой, организаторской работой в местном храме, трудилась в ботаническом саду и на метеостанции.

Иван Миролюбов (кстати, это отец будущего культового поэта Даниила Хармса) на Сахалине начал вести дневники, в которых он записывал свои мысли и чувства. Позже из этих записей родилась книга «Восемь лет на Сахалине». Он был моложе Марии на 6 лет и тайно любил ее, о чем признавался на страницах дневника.

«Метеорологические наблюдения заставляют меня бывать у нее не менее трех раз в сутки, – пишет Миролюбов. – Она меня всегда любезно принимает, кормит, поит чаем с варением, я забываю, что живу на Сахалине. Мария Антоновна заботится обо мне как родная мать или сестра». В тоже время он с прискорбием отмечает: «бледная, с впалыми щеками, горящими темными глазами, она постоянно покашливала». Кржижевская уже болела чахоткой, однако не роптала на судьбу, более того – стремилась «умереть с каторжными».

Лишиться дорогого

Мария Антоновна является, пожалуй, ярким примером альтруизма. Будучи воспитанной русской литературой XIX века, она полностью посвящала себя служению «несчастным каторжанам», жалела всех людей (в том числе и преступников), была набожна и следовала принципу «перед Богом все равны».

«Ее ничто не могло остановить, если она знала, что люди нуждаются в ее помощи. Там, где осенью и весной во время разлива реки не может пройти телега, она идет вброд по воде. Когда страшные бураны буквально засыпают снегом, она с большими усилиями ползет по сугробам; вся перемерзнет, измучится, но не отступит от намеченной цели. Конечно, это даром не могло пройти, и на другой год по приезде на Сахалин она сильно простудилась и заболела чахоткой», – с сожалением писал Иван Миролюбов.

Эта женщина заменила Ивану семью и товарищей, стала его близким другом и доктором. Кроме того, она была удивительно добрым человеком. Вся ее сахалинская жизнь была посвящена служению ближним. В то же время она таяла на глазах: тогда врачи были бессильны перед чахоткой. Но она пересиливала свое недомогание, продолжала работать с прежней энергией. Ее уважали и боготворили сельчане, каторжники и тюремное начальство. Она просто так раздавала заработанные деньги. В своей книге «Восемь лет на Сахалине» Миролюбов рассказывает о тайной благотворительности Марии Антоновны, за что ее называли «сахалинской ходатаицей».

«Особым вниманием Марии Антоновны пользовались дети ссыльных, – пишет Миролюбов, – Если она звала к себе девочку с улицы, это значит, сегодня к вечеру или завтра утром будет для нее готово новое платье… В небольшой квартире стояла простая, некрашеная мебель… Она имела обед (питание), по выражению ее подруги, хуже, чем у каторжных…»

Похороны этой исключительной женщины на Сахалине собрали все село Рыковское. Каждый считал себя счастливым оказать покойной внимание. От начальника до последнего каторжника – все понимали, кого лишился Тымовский округ. Самого дорогого человека, служившего не из-за денег, а ради простой идеи – помочь несчастным.

«Недавно в Рыковском скончалась фельдшерица, служившая много лет на Сахалине ради идеи – посвятить свою жизнь людям, которые страдают», – писал Антон Чехов в своем бессмертном «Острове Сахалин».

Таковы были жизненная позиция и миропонимание Марии Антоновны Кржижевской. Она прожила на свете всего 38 лет. На Кировском (бывшем Рыковском) кладбище до сих пор есть ее могилка с деревянным крестом. На ней всегда лежат живые цветы: люди помнят о той, что посвятила всю свою жизнь противостоянию безразличию, жестокости и смерти.

В Сахалинском краеведческом музее выставлен барометр, находившийся в квартире Марии Антоновны Кржижевской, а в Государственном историческом архиве Сахалинской области в документах сохранилась метрическая книга с записью священника Александра Винокурова о «смерти 8 и о погребении 10 июня 1892 года фельдшерицы Тымовского тюремного лазарета Марии Антоновны Кржижевской от чахотки за № 2446 на Рыковском кладбище». Осталась и фотография Марии Антоновны Кржижевской – вечно молодой и красивой…

Сергей Смирнов, сотрудник Государственного исторического архива Сахалинской области

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или