Подвиг матери сахалинского военкома

суббота, 13 апреля, 15:48

867

Эксклюзивный материал

Автор: Игорь Снегин

Несмотря ни на что – 9 мая один из главных праздников. Праздник Победы. Чем ближе эта дата, тем больше думаешь о живых и мертвых героях фронтов, партизанских отрядов, тем, кто остался в тылу и даже в кочующем пионерлагере «Артек», как, например, эстонский подросток Владимир Аас, впоследствии ставший солдатом Красной Армии, а спустя годы военкомом Южно-Сахалинска. Впрочем, сегодня речь не о нем, а о его удивительной матери.

Эстонка спасала русских

Высокий лоб. Добрый  и слегка тревожный взгляд много чего пережившего человека. Волевой подбородок. Да, именно эта женщина оказалась способной на беспрецедентный для сдержанно-равнодушной Прибалтики шаг. О потрясающем воображение поступке ни окружающие, ни близкие долго даже не подозревали. За исключением, может быть, дочери, которая с детства была немногословна. Добро в этом доме делали молча. Может быть, знали – неуемная похвальба обесценивает благие  деяния, или просто война научила быть сдержанней.

Когда дети были совсем маленькими, Юлия Аас с мужем разошлись. Воспитывала малышей сама. Не только словами (в семье хорошо владели тремя языками – немецким, эстонским и русским), а и, как водится, личным примером. Вот и эта, почти фантастическая история спасения двух раненных русских парней – моряка и красноармейца, тоже пример, за который полагалась верная смерть.

Юлия Михкелевна Аас. Спасенные ею русские называли ее Юлией Михайловной. Эстонская женщина редкой силы и судьбы. В годы Второй мировой войны она тоже совершила подвиг, и сегодня изумляющий своей дерзостью. (Фото из личного архива Зои Аас, невестки и вдовы).

Оказавшись в оккупации, она кашеварила в лазарете концлагеря. Оттуда и унесла сначала совсем еще беспомощного пацана лет 18-20. Ночью, в мешке. На всякий случай и для отвода глаз, если кто увидит, слегка присыпала его углем, выпрошенным на кухне. Солдатик, совсем ребенок, свернулся калачиком и едва дышал, чтобы не выдать себя. К счастью, дом был совсем близко. Сразу на чердак, где впоследствии оборудовала  и туалет, и мини-лазарет. Были там подобие ванны с таким же забавным «спортзалом»: пара гирь да набор резинок, выполнявших  роль эспандера. Обязательные приседания-отжимания, чтобы мышцы-кости не истончались и не дряхлели после выздоровления. 

Примерно таким же бесхитростным способом умыкнула из лазарета и матроса. Чтобы двоим легче время коротать. Иначе ведь можно было одичать или сойти с ума. Подбадривая и поддерживая друг друга, они быстрее пойдут на поправку – так справедливо полагала женщина, а там, глядишь, и войне конец. Кто ж тогда ведал, что она, проклятая, затянется почти на четыре чертовых года!..

Наша же героиня реально рисковала свободой и самой жизнью час за часом, день за днем, месяц за месяцем. Но для эстонской женщины все более-менее обошлось. В округе, на счастье, никто ничего так и не заподозрил. Бдительным соседям подобная дерзость и во сне не могла привидеться. Не иначе, как помощь высших сил. Иначе бы Юлю быстро пустили в расход. Пропавших, конечно, искали, но не очень активно: фабрика смерти каждый день приносила новые жертвы. Потом кто-то сказал, что, вероятно, тихо скончались и их бросили в общую яму. Вон каждый день сколько разных трупов! Кому охота сортировать их с пристрастием, докапываться до истин.

Награда нашла лишь в семидесятые

При жизни (а в 1986 году ее не станет) никто не попытается подготовить очерк, написать книгу, снять кино об этой отважной и красивой женщине. Хотя в ходу и были рубрики «На темы морали», «Герои среди нас», «Наш адрес – Советский Союз» и т.д. Зато хватало бездарных пропагандистких материалов о вечной дружбе народов СССР, нерушимости Союза и прочем. А вот до таких конкретных тем, подобно рассказанному примеру, добирались редко.

Узнали окружающие о том, что она совершила в страшные годы фашистской оккупации, абсолютно случайно. 30 лет кряду уже царило мирное время. В середине 70-х годов из Краснодара приехали в эстонскую Пярну двое мужчин, чтобы поцеловать руки своей спасительнице... А потом уж хлынули ходатайства в Президиум ВС СССР. Так все и выяснилось.

В середине 70-х, к 30-летию Победы, председатель Верховного Совета СССР Николай Подгорный наградил Юлию Аас Грамотой. Грамотой высшего законодательного органа страны. За спасение во время войны двух раненных русских воинов из фашистского концлагеря. Опять же, Грамоты высшего уровня так просто не вручаются. По статусу – это государственная награда и значит, зиждется на реальных, тщательно проверенных фактах.

Историю нужно восстановить

Сегодня, чтобы придать этой почти невероятной истории больший воспитательный динамизм, наверное, нужно много копать в архивах. Ведь незадолго до смерти хозяйка этого фантастического дома, стоявшего по адресу: город Пярну, улица Карусселли, 20, будто предчувствуя, что маятник истории опять качнется в другою сторону, и Эстония начнет видеть в России врага, сожжет в печи многие ценные бумаги. Но в архивах бывшего Верховного Совета СССР что-то должно непременно остаться.

Имя одного из спасенных нам достоверно известно – это матрос Александр Андреевич Федорцов. Мы знаем его благодаря  любознательной невестке Зое, живущей и поныне в Южно-Сахалинске. Он, как и первый парень, из Краснодара.

Александр Андреевич Федорцов, бывший военный моряк Красной армии, один из спасенных эстонской матерью. По сути, она подарила ему вторую жизнь, умыкнув из немецкого концлагеря в Пярну и тайно выходив у себя в доме на чердаке. Это фото он подарил своей спасительнице в 70-х годах прошлого века, приехав из Краснодара в Эстонию навестить спасительницу

Через 30 с лишним лет от руководства предприятия, где будет трудиться Федорцов, придет и благодарственное письмо, датированное маем 1975 года. Правда, и те, кто подписал эту благодарность, а потом и ходатайство о награждении в Президиум Верховного Совета СССР, не всю горькую правду знали. А она была ужасна. Война затягивалась. Ребят на чердаке частного дома в курортном ранее Пярну приходилось не просто прятать, как какой-то сундук. Сначала надо было их, раненых, выходить, меняя повязки, доставая всякими правдами и неправдами мази-лекарства. Само собой, кормить, обмывать, выносить за ними судно. И это несколько раз в день. А главное, хранить все в тайне в маленьком оккупированном немцами городке, кишащем шпиками и доносчиками.

Ранее саму Юлию здесь несколько недель истязали пытками в гестапо, требуя сообщить, где находится ее сын, уехавший накануне войны в крымский Артек. Даже сломали женщине левую ногу, чтобы больней было мучить. Но откуда ей было знать о судьбе сына? Никакой связи с отрезанным войной СССР не было.

«Зоенька, я это делала потому, что очень верила, что где-то в России подобная мне женщина поддержит, поможет, спасет  моего Владимира тоже», – объясняла она позже дочери. То есть – ее сына, уехавшего 14 июня 1941 года с другими детьми в крымский Артек отдыхать и пропавшего там. Фактически все четыре года, что длилась война, Юлия пребывала в полном неведении, что с ним. Чужие солдаты, которых выходила, которым впоследствии помогла бежать к уже наступавшим своим – морально помогали ей жить и верить, что с ее сыном ничего непоправимо страшного тоже уже не случится. Не ошиблась в этих предчувствиях ни на йоту! Сын выжил, нашелся, а после вырос настоящим человеком. Считался одним из лучших военкомов Сахалина. Но это уже другая история…

Так вот. Она не просто верила в Бога – она верила в закон воздаяния: что посеешь, то и пожнешь. Да, Бог ее берег. Для сына. Для исполнения той непростой роли на земле, которую подобрала для нее Судьба. Она, Судьба, это делает каждому, только разве каждый – понимает и слышит?! В тех чудовищных условиях оставаться человеком было совсем непросто. А Юлия Аас, одна из очень немногих, – смогла. Еще и воспитав хорошего сына. За что ей и ее потомкам низкий поклон от тех, кто не утратил душу, сберег совесть и приумножил честь.

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или