Сахалинский Чехов-центр открыл сезон революционной премьерой

четверг, 24 октября 2019, 17:00

1169

Эксклюзивный материал

Автор: Екатерина Банковская

Фото Екатерины Банковской

Предъюбилейный, 89-й театральный сезон Чехов-центр открыл весьма необычной трактовкой стихотворной пьесы Леонида Филатова «Про Федота-стрельца, удалого молодца». О дикой смеси из сказочного лубка, технологий и некоторых печальных реалий современности под практически революционные цоевские «Мы ждем перемен!» — читайте в материале корреспондента РИА «Сахалин-Курилы».

В лубочной реальности

Понятно, что режиссеры главного сахалинского театра нередко удивляют нашего неискушенного зрителя. Одна только нашумевшая пару лет назад «Лисистрата» чего стоила. Признанная многими критиками гениальной филатовская сказка, конечно, не лишена определенного рода тонких политических подтекстов и провокаций. Однако за три с лишним десятилетия, что ее играют на разных сценах, пьесу, кажется, уже развернули со всех сторон.

Однако эта постановка способна взорвать мозг, перевернуть мир поклонников классического театра. Это при том, что режиссер ни на йоту не отошел от авторского текста, сохранив все его остроумие. Так в чем же фишка? А их много. И первая — невероятное оформление в виде комиксов. Только не привычных, а в стиле живописи XVII века.

— Сейчас взрослые в сказки уже не верят, а наши дети мало интересуются архаикой. Вместо русского народного фольклора они читают комиксы, смотрят аниме, — поясняет задумку режиссер-постановщик Александр Агеев.

Долго над таким сценическим оформлением главному художнику театра Кириллу Пискунову раздумывать не пришлось: лубочный стиль спектакля подсказывает сама стихотворная пьеса. В итоге даже спутниковая тарелка оказалась расписанной под гжель. Да-да, именно спутниковая тарелка. Она там тоже есть…

Глас всемогущей «Алисы»

Хотя время действия во всех сказках обозначается как «давным-давно», эта трактовка «Федота-стрельца» просто наполнена предметами и реалиями дня сегодняшнего.

Баба-яга здесь не горбатая старуха в лохмотьях, а молодящаяся особа в сетчатых колготках, фио-летовых оборках и со стильным макияжем. Ее сопровождает то аргентинское танго, то киркоровский «Цвет настроения синий», а зловещие зелья она готовит в мультиварке. К слову, по советской традиции ее играет мужчина — Виктор Крахмалев.

Не отстает он бабуси и царь. Его трон «подружился» с офисным креслом на колесиках, под вспышки фотографов он рыбачит и играет в хоккей, торжественно разрезает ленточку на открытии новой лавочки, двигается исключительно с мигалками и с высоты своего дворца ежесекундно печется о людях: «Утром мажу бутерброд –/ Сразу мысль: а как народ?/ И икра не лезет в горло,/ И компот не льется в рот!»

Явно, что в глубине души он устал сто лет сидеть на троне. И от одиночества устал. Иначе почему он заговорил с собственной тенью.

Впрочем, главная нить сегодняшнего дня здесь «То-Чаво-Не-Может-Быть»... Ведь ее «играет» невидимая, но всемогущая «Алиса» — та самая виртуальная голосовая помощница от «Яндекса». Насколько же этот образ сегодня бьет в точку!

Таинственный обитатель острова Буяна говорит о себе: «Мой портрет/ Для меня и то секрет!» В то же время «к любому делу гож»,
«в любые двери вхож», «что хошь» достанет, «хоть подкованную вошь!..» Чем не «Алиса», «Сири» и иже с ними?

За столь остроумный ход следует благодарить стечение обстоятельств. Жену Александра Агеева тоже зовут Алиса. Однажды, позвав ее, режиссер услышал ответ виртуальной тезки. Оставалось лишь заставить голосовой помощник озвучить роль. Тайну, каким образом удалось осуществить это волшебство, звукорежиссер нам так и не раскрыл.

А вот главные герои менее яркие. Федот здесь не такой уж и удалец, словно растерявший свою удаль от постоянных нападок начальника. А Маруся с золотой косой до пят, в начале представшая в образе голубицы, носит 45-й разношенный размер обуви в виде птичьих лап. Видимо, в память о своем пернатом альтер эго.

Бунт и большая любовь 

Не последнюю роль в восприятии спектакля играет совершенно нестандартное музыкальное оформление. Его специально создал питерский композитор Николай Морозов. Он сочинил оригинальные композиции в русском народном духе и неожиданные аранжировки на известные темы. Более того, научил артистов Чехов-центра играть на русских народных инструментах: трещотках, бубнах, тарелках и вовсе диковинных — кугиклах, жалейке и калюке.

Отсюда невероятное, неожиданное звучание многих известных композиций, сопровождающих героев. Именно под них Федот, которого самодержец с генералом гоняют за разного рода чудесами, мечтая избавиться, находит рецепт своего счастья. Он просто вооружился сковородкой и пошел против царя-самодура.

— Наш спектакль не про государственный переворот, а про любовь. Федот защищает интересы своей семьи, отстаивает справедливость, — рассуждает Александр Агеев. — Он готов стерпеть все: дичь, ковер, оленя и даже то, не знаю что. Но как только кто-то пытается отобрать самое дорогое, падает забрало. Мне кажется, так устроена психика русского человека.

Конечно, бунт Федот устраивает явно по большому и чистому чувству. Спектакль действительно получился про чистые чувства, но и… про революцию тоже. На это явно намекает финал под мотив культовых в конце в 1980-х «Мы ждем перемен!». Правда, народные инструменты сглаживают все острые углы, растворяя их в пестром веселье театрального действа. Однако бунтарский цоевский дух за жалейками и бубнами не скрыть…

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или