Сахалинца повзрослеть заставила война

суббота, 5 сентября, 10:00

371

Автор: Евгений Аверин

Житель областного центра Владимир Сичкарь в день освобождения наших островов словно забывает о своем возрасте. Память снова переносит в военное детство и юность, прошедшие на Сахалине. Они вспоминаются до мельчайших подробностей.

Ожидание войны

Семья Сичкарей приехала на остров с Украины в 1931 году, чтобы спастись от голода. Володе тогда было 2 года. Жили сначала недалеко от Александровска-Сахалинского.

Родители с весны до осени работали на строительстве участка грунтовой дороги Александровск — Онор, она считалась стратегической: зимой по ней возили заготовленный лес. Было нелегко, но главное — никто не знал, что такое голод.

Потом перебрались в Дербинское — так тогда называлось Тымовское. Брат Андрей уже в 18 лет был инструктором райкома комсомола, членом партии. В 1938 году его избрали председателем колхоза «Красная Тымь», так в области он стал самым молодым руководителем на селе.

Конец 1930-х Владимир Федотович вспоминает как идиллию. Река Малая Тымь, мелкие озера — раздолье для купания и ловли рыбы. На сельских улицах можно было сколько угодно гонять мяч, забавляться лаптой или городками. Зимой водоемы становились катками. Только все эти ощущения смазывало ожидание войны.

— Это сейчас может показаться странным, но на нашем далеком острове мы чувствовали ее приближение где-то за год, — рассказывает южносахалинец.

Втогдашнем Дербинском располагались воинские части и штабы. По домам жителей села расселили командиров. На окраине было стрельбище и запасной аэродром, где базировались военные самолеты. Развернулась стройка железной дороги Дербинское — Нижний Армудан. На этом фоне радио и газеты сообщали о непростой обстановке, которая складывалась у западных границ советского государства.

Вучебную программу поэтому были включены занятия по стрельбе, метанию гранаты, бегу и лыжам. Юный Владимир получил значок «Ворошиловский стрелок» за меткость. Вместе с одноклассниками на переменах обсуждал ситуацию: а что, если завтра война? Опять-таки, за 50-й параллелью была территория Японии, союзника Германии. Когда немцы напали на СССР, это не вызвало удивления.

— Мы сами не заметили, как война заставила нас всех повзрослеть, — вспоминает ветеран.

Направление на Харамитоги

Примером для него были отец и брат. Папе, Федоту Родионовичу, было 52 года, и его не брали на строевую службу. Но сидеть без дела он не мог! Поэтому в июле 1941 года глава семьи пошел строить дорогу между Дербинским и Александровском-Сахалинским.

В1943-м на Сахалине разместили прибывшие с материка части, поэтому понадобилось пополнить их за счет островитян — тех, кому не было 18, и тех, кому было за 50. Сичкарь-старший пошел на службу не раздумывая. В августе 1945-го за участие в штурме Харамитогского укрепрайона его наградили медалью «За отвагу». Там же он получил тяжелое ранение в голову и после демобилизации продолжил работу в колхозе.

Абрат Андрей имел полное право не идти на фронт и руководить колхозом, заниматься заготовкой продовольствия для армии. Но он и думать об этом не хотел! Пришел в военкомат и потребовал отправить его воевать. Парень попал на курсы младших лейтенантов в Благовещенск. Оттуда — снова на Сахалин, в стрелковую дивизию, стоявшую недалеко от границы с японской территорией. Ему поручили командовать взводом разведчиков. Он не раз проявлял храбрость, рискуя жизнью. За все за это и был удостоен ордена Отечественной войны II степени. Вместе с этим ему досрочно присвоили звание старшего лейтенанта. Награду вручили 3 сентября 1945 года. После войны Андрей продолжал работать в сельском хозяйстве, но уже на материке.

Владимиру, когда началась война, было всего 15 лет, однако на следующий год мальчишка пошел работать плотником на местный промкомбинат, который выполнял заказы для Красной армии. После рабочего дня вместе со сверстниками шел на занятия по начальной военной подготовке. Подростков учили азам ведения боя, ставили дежурными в военкомате и в селе — нужно было следить за соблюдением правил светомаскировки, пожарной безопасности, проверять документы у тех, кто туда недавно приехал.

Но мысли попасть на фронт юноша не оставлял.

— Поэтому в 1943 году я схитрил, как многие друзья: прибавил себе два года и пришел в военкомат, — вспоминает с улыбкой Владимир Федотович. — Попросил отправить меня на Тихоокеанский флот. Так вот и надел морскую форму.

Правда, выходить в море не довелось. Вместо этого сахалинец снова попал на остров и стал разведчиком в артиллерийском подразделении. На службе здорово помогли навыки, приобретенные на занятиях в школе и на промкомбинате. Они научили самому главному — смекалке и вере в собственные силы. Когда объявили о победе над Германией, всем стало понятно, что предстоит еще сразиться с Японией.

Начали готовить наступление на Харамитогских высотах, и Сичкаря как опытного разведчика направили в квартирьерский разъезд — нужно было скрытно выдвинуть 45-мм орудие для поддержки наступления наших войск. Японцы не сразу, но обнаружили перемещение вблизи позиций, открыли огонь. Владимир получил тяжелое ранение осколком разрывной пули. Выписавшись из госпиталя, продолжил службу на севере Сахалина.

Стезя строителя

Военную форму пришлось снять только в 1951 году — обстановка на границах нашего Дальнего Востока была непростой. Уволился на гражданку, будучи старшиной батареи зенитчиков и имея награды за добросовестную службу.

Надо было думать о мирной жизни. И для начала окончить школу.

Аттестат он получил только в 28 лет. Тогда это было обычным делом. Хотелось учиться дальше, налаживать мирную жизнь на Сахалине. Поэтому поступил в Южно-Сахалинский лесотехникум, стал строителем. Начинал рядовым сотрудником, потом получил высшее образование, дорос до руководителя. Здесь ему тоже здорово помог армейский опыт — дисциплинированность и собранность, умение управлять коллективом, четко объяснить задачу…

Ну и естественно, не мог Владимир Федотович быть в стороне от общественной жизни, активно включился в ветеранское движение.

Он и сейчас, что называется, по зову сердца, возглавляет ветеранскую организацию в компании «Сахалин-Инжиниринг». Его жизнелюбию и бодрости можно позавидовать. Неудивительно, что несколько лет назад южносахалинец побеждал в соревнованиях по военно-прикладному многоборью среди ветеранов. Был третьим в стендовой стрельбе и метании учебной гранаты. Опыт детства даром не пропал!

Вспоминая ровесников

В областном военкомате отмечают, что Владимир Федотович с большим удовольствием ходил и ходит на встречи с молодежью. А сам он говорит, что, глядя на детей и подростков, невольно вспоминает себя и своих ровесников, переживших войну. Кто-то из них с детских лет работал на военных заводах, на колхозных полях. Кто-то партизанил. Они могут рассчитывать на меры поддержки. Но есть и те, кто просто потерял родителей, попал в детдом. Или помогал содержать семью, не видел детства. Война прошлась катком и по их судьбам, но на помощь долгое время эти люди рассчитывать не могли. Сичкарь считает это несправедливым, поэтому стал активным участником движения «Дети войны» и начал добиваться, чтобы социальную поддержку могли получить все, кому до окончания Второй мировой войны не исполнилось 18 лет. Благодаря в том числе и его настойчивости появился такой региональный закон. И теперь все проживающие на территории области и родившиеся в период с 22 июня 1923 года по 3 сентября 1945 года относятся к детям войны, которым полагается ряд льгот и выплат.

На этом Владимир Федотович останавливаться не собирается. Считает, что порох в пороховницах еще есть. Для него забота о детях войны — это дань памяти и сверстникам, и своим родным, а также работа на то, чтобы ужасов Второй мировой не испытало нынешнее молодое поколение.

Такой у него характер.

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или