Номинация «Успех-2010». Генетический код песни народной

четверг, 9 сентября 2010, 14:09

5273

Автор: Татьяна Егорова

Есть люди, которые не только задают тон в творчестве, но и формируют культурное пространство. И отрадно, что в нашей островной области немало таких талантливых творцов. Елена Алешко – одна из них.

Штрихи к портрету номинанта

Елена Алешко уже 15 лет является преподавателем детской школы искусств «Этнос». Она – заведующая отделом народно-хорового искусства, а также зав. секцией народно-хорового искусства Южно-Сахалинского городского методического объединения. По совместительству почти десять лет работает в Сахалинском колледже искусств на дирижерско-хоровом отделении, где преподает…11 предметов. В том числе хоровое, сольное народное пение.

Родилась Елена Алешко в Белоруссии в селе Трояновка Минской области. Ей исполнилось полгода, когда родители переехали на Сахалин, где жили родители мамы. Детство Елены прошло в городе Аниве. Окончив там восьмилетнюю школу, поступила в Южно-Сахалинское педучилище на музыкальное отделение, специализация – академический хор. Год проработала учителем пения в анивской школе. Ощущая нехватку знаний, в 1985 году поступила в Хабаровский институт культуры на дирижерско-хоровое отделение (академический хор). Получив диплом, шесть лет преподавала в этом же вузе, была заведующей кафедрой русского народного хорового искусства. Параллельно окончила кафедру руководителя народного хора Ленинградского института культуры им. Н. К. Крупской. Является педагогом высшей квалификации.

Имеет почетное звание «Заслуженный педагог Сахалинской области».

Творческие коллективы Елены Алешко – неоднократные победители конкурсов и фестивалей разного уровня, в том числе международных. Ежегодно с 1999 года на всероссийских фестивалях «Роза ветров» и региональном «Живые родники» завоевывали звание лауреатов. В 2009 году ансамбль «Жар-птица» получил Гран-при на Международном фестивале детского и юношеского творчества «Единая Россия» в Москве. Фольклорный ансамбль «Круговина» во Всероссийском детском центре «Океан» стал лауреатом (2006). На Всероссийском конкурсе народных исполнителей им. Л. Руслановой в Саратове (2009) звание лауреатов получили солисты из ДШИ «Этнос» – Алексей Солдатов и Анастасия Морозова.

Хлопушка для урока

– Елена Ивановна, что за странные метаморфозы происходили в вашей жизни? Уже 15 лет вас все знают и любят как народника, но начинали вы с академического пения? С чем было связано столь кардинальное изменение «жанрового курса»?

– Музыка в самых разных стилях и жанрах с детства присутствовала в моей жизни. В 7 лет меня отдали в музыкальную школу в класс фортепиано. У родителей даже не было сомнения, что мне это надо. На этом, как я говорю сейчас, мое детство закончилось, начались бесконечные трудовые будни в «музыкалке». И, можно сказать, все мое детство и дальнейшая жизнь были связаны практически только с музыкой. Родители у меня люди простые (папа – водитель, мама – учитель начальных классов), но одаренные. Отец в молодости пел и играл в вокально-инструментальном ансамбле. Мама тоже хорошо пела, много лет была активным участником художественной самодеятельности. С младых лет я постоянно была рядом с ними – на репетициях, концертах, в гастрольных поездках. А после моего возвращения в Аниву в качестве педагога мама привела меня в русский народный хор, которым руководила известный хормейстер Нелли Николаевна Григорович. Мне нравилось заниматься в нем. Однако мама хотела большего – чтобы я, окунувшись в народное творчество и постигнув его азы, устроилась… музыкальным руководителем в детский сад. По тем временам мотивация была железная – работа там поспокойнее, чем в школе, да и сыта будешь (смеется).

– Вы начинали свою педагогическую карьеру с должности учителя музыки. А мы знаем, как зачастую легковесно ученики относятся к «певческому» предмету. Удалось ли вам преломить их представление о значении песенного творчества?

– Не могу сказать, удалось ли мне это, но то, что заинтересовались ребята предметом, это точно. Раньше ученики наверняка, как и в других школах, называли урок пения «пение – балдение». Так оно и было вначале. Помню, как признанные весельчаки в классе вместо занятий устраивали мне «сюрпризы» – подкладывали снег на стул, сопровождали урок хлопушками, даже инструменты расстраивали, лишь бы не заниматься. Их можно было понять: я выглядела тогда ребенком – белые косички, белый воротничок… Мне было всего 19 лет. Поэтому старшеклассники на первых порах относились ко мне почти как к сверстнице. Но не тут-то было! Я быстро привела их в чувство, причем с помощью… музыки. Мы занимались по системе Дмитрия Кабалевского, но у него много теории и мало пения. Поэтому добавляла на уроках много своих новаций, немало пели дополнительно. И вот это ребятам нравилось. В анивской школе у меня было три хора – старших классов, первых и моего 6Б, классным руководителем которого я являлась. Состязательность этих хоров и сделала свое дело. Мои ученики были заинтересованы, чтобы стать лучшими в конкурсах школьных коллективов. К тому же я занималась с ребятами в школьной агитбригаде, и это нас тоже объединяло. Но проработав в школе всего год, поняла – надо учиться дальше. К моей большой радости, ученики уже не хотели со мной расставаться.

От себя не убежишь

– И снова непонятный жизненный галс – вы все время учились на академическом отделении, а как пришли к песне народной?

– В институте культуры в первом полугодии в концертном зале Хабаровской филармонии у нас был концерт, на котором мы с однокурсниками-академистами пели кантату Владимирова «Нет, найн, но пассаран!» («Они не пройдут!»). На сцене стояло 600 (!) человек, играл оркестр. И вы представляете, в этой огромной массе меня каким-то образом выделили два слушателя. Один был совершенно незнакомый мне пожилой человек, который в перерыве подошел ко мне и сказал: «Девушка, вы поете лучше всех!» Вероятно, я так старалась петь, что мое старание было видно даже из зрительного зала. Тут же подошла работник культуры с Сахалина и спросила: «Лена, что вы здесь делаете? Почему в академическом хоре? У вас ведь так хорошо получалось в анивском народном хоре». Как ни странно, но в тот момент я поняла, что она права. Даже учась в институте на академическом отделении, постоянно приглядывалась к народникам. Мне все у них нравилось – они поют народные песни, так весело, так задорно! У них народные костюмы – половодье красок. К тому же, в отличие от академического пения, они более доступны и открыты в эмоциях. Мне хотелось встать на сцене вместе с ними. И я решилась – никому не говоря, пришла к заведующей кафедрой народно-хорового искусства и попросила меня послушать. Она послушала и вынесла вердикт: «Как на исполнительнице народных песен на вас надо поставить крест – вы академистка, но у вас хороший диплом, поэтому как теоретик вы можете нам пригодиться. Так что переводитесь на наше народное отделение…»

Этот переход вызвал негатив со стороны моих педагогов-академистов. Мой поступок они сочли чуть ли не предательством. Мне было сказано, что я ищу легкой жизни, что вся моя деятельность теперь будет в два притопа, три прихлопа… Так вот, всю свою дальнейшую жизнь я пытаюсь доказать, что народная песня как раз не «два притопа». Это просто другое направление, и оно не менее интересное и сложное.

– Скажите, почему после успешной карьеры в Хабаровском институте культуры вы вернулись на Сахалин?

– Тогда я видела в этом некую просветительскую миссию. По своей наивности считала, что еду на далекую окраину России поднимать народное искусство. Хотя на самом деле причина моего возвращения на родной остров была довольно прозаична – прельстили бытовые и финансовые возможности.

Шел трудный для страны и всех 1995 год. В это время в Хабаровске наша семья жила в студенческом общежитии, зарплата – мизерная. А тут к нам в институт приехали представители из ДШИ «Этнос» агитировать выпускников для работы на Сахалине. Но практически все отказались, предпочли остаться в Хабаровске, работать хоть дворниками, только не ехать, как они считали, в тьмутаракань.

Я прихожу домой и говорю мужу: представляешь, выпускникам предлагают работу, хорошую зарплату, квартиру, но они не хотят ехать. Он мне – а ты? Почему бы тебе не поехать? Я даже опешила, у меня и в мыслях не было уезжать куда-то, тем более что все у меня здесь складывалось очень хорошо – любимая работа, с известным хоровым коллективом гастроли чуть ли не по всему миру… И все же после долгих раздумий позвонила директору «Этноса» Наталии Семеновне Эйдиновой. Она была крайне удивлена моим предложением: не интриганка ли набивается в коллектив? И в этом был резон. В тот момент я исполняла в институте обязанности заведующей кафедрой, а тут предлагаю себя в качестве… рядового педагога. Она говорит: «Приезжайте, хочу на вас посмотреть». Вот я и приехала.

В «Этносе» меня встретили прекрасно, как будто были сто лет знакомы. Мы говорили на одном языке, думали об одном, у всех горели глаза. А Наталия Семеновна Эйдинова, как и полагается директору и хормейстеру в одном лице, виртуозно управляла и коллективом, и творческим процессом. И вот в нынешнем году исполнится 15 лет моей работы в «Этносе». Добавлю – самых счастливых лет. На работу лечу как на крыльях, домой – также. Мой муж Александр Александрович Боев работает вместе со мной. Он – хореограф ДШИ «Этнос». Дети тоже связаны с музыкой. Дочь Дарья, ей 14 лет, поет в «Этносе». Сын Артем пошел в первый класс гимназии, в школе искусств он с 5 лет, уже три года занимается. У меня разные периоды были в жизни, в том числе и тяжелые, но сейчас чувствую себя счастливой и хочу, чтобы это ощущение счастья никогда не уходило от меня.

Трио ансамблей

– Вы – человек жадный до творчества. Видимо, поэтому являетесь художественным руководителем сразу трех замечательных коллективов – «Жар-птица», «Круговина» и «Белые росы». Что они значат для вас и какой из них был первенцем?

– По «возрасту» «Жар-птица» – старший коллектив, «Круговина» – младший. Оба созданы на базе ДШИ «Этнос». А «Белые росы» – это ансамбль Сахалинского колледжа искусств, где я тоже преподаю. Но для меня колледж и «Этнос» – единое целое. Хоть это два самостоятельных звена, но в колледже учится много наших «этносовских» детей, которых мы подготовили. Поэтому мне дороги все ансамбли. Я придумала название «Круговина». Это старинное слово, означающее – «вечерка, собрание девушек и парней». Оно было связано еще и с тем, что первый фольклорный материал, который брали для этого коллектива, выстраивался на основе новгородской круговины.

Моя ученица, выпускница Сахалинского колледжа искусств Виктория Черепанова, пришла к нам в школу работать концертмейстером. В 2004 году, после обучения в этом же учебном заведении уже на народно-хоровом отделении, она с новым багажом знаний создала фольклорный ансамбль «Жар-птица». Однако на одной из свадеб, где выступала в русском костюме, Вика познакомилась с японцем. Вскоре они поженились, и она уехала в Японию на постоянное местожительство. После ее отъезда в 2006 году мне пришлось подхватить ее коллектив.

– А в связи с чем появился ансамбль «Белые росы»?

– В 2001 году в Сахалинском колледже искусств было открыто народно-хоровое отделение. Причем один из инициаторов его создания – директор ДШИ «Этнос» Наталия Семеновна Эйдинова даже не сомневалась, что возглавить его должна непременно я, поэтому отправила меня на новое поприще деятельности. А коль появилось народное отделение, то соответственно появился и ансамбль. А назвали мы его «Белые росы», ведь я – белоруска. Впрочем, название говорит само за себя – народные песни словно чистая роса. И те, кто соприкасается с ними, всегда чище душой, духовно богаче.

А для меня народная песня – это моя жизнь. Как-то во время землетрясения в Южно-Сахалинске звонит мне знакомая и говорит: «Давай, Елена, у тебя на даче переждем стихию…» Отвечаю: «А что мне землетрясения бояться? Я – на сцене умру…» (смеется).

Песни предков – наши песни

– Что такое фольклор сегодня? Насколько он востребован публикой, и особенно молодежью?

– Нам из поколения в поколение через песню передается генетический код нашего народа, наших предков. Важно его не утратить. И, судя по последним годам, у нас в стране и островной области чувствуется возрастающий интерес к русскому фольклору, народному искусству. Ежегодно мы принимаем в ДШИ «Этнос» по 90 учащихся. Это говорит само за себя.

– Я знаю, вы – большой любитель фольклорных экспедиций. Чем они стали для вас?

– Для меня каждая встреча с бабушками, которые еще помнят песни и обряды старины далекой, несказанная радость. Все началось еще в студенчестве. И прежде всего это была работа с моей родной бабушкой Машей. Она родом из Сибири, знала много старинных песен, колыбельных, потешек. С ее голоса я записала сборник детских песен и прибауток. Кроме того, у нас было немало научных экспедиций по Хабаровскому краю. А когда училась в Ленинграде, мы часто ходили в экспедиции по Смоленской области. Но они в корне отличались от хабаровских. На Дальнем Востоке в основном живут переселенцы из разных регионов страны, а тогда еще и из СССР. Поэтому фольклор здесь встречается уже несколько раз переработанный. Причем частенько получается такая русско-украинско-белорусская смесь. А вот на Смоленщине мы собирали чистый русский фольклор. Записывать его там можно было месяцами. После одной из экспедиций мы сделали фольклорную программу… из 60 произведений, записанных у местных смоленских бабушек!

– Какая-то из встреч с носителями фольклора особо запомнилась?

– Запомнился общий настрой жителей по отношению к нам, собирателям фольклора. Приезжаем в Смоленск, выходим на станции Стодолище Починковского района. На перроне стая бабулечек, узнавших о нашем приезде, и каждая зовет: «Ой, милая моя, пойдем ко мне, ты у меня будешь жить, и песен я тебе напою сколько хочешь…» Мы тоже в долгу не остаемся. Везем из Питера колбасу, сыр, вкусные городские сладости. Они нас тоже подкармливают своими состряпанными вкусностями, горилку достают… Бабушки могут ночь не спать, петь, рассказывать про обряды, традиции народные. Нам оставалось только кнопочки на магнитофоне нажимать. Кстати, магнитофоны времен 70–80-х годов – это было что-то! Тяжеленные, многокилограммовые монстры, которые для нас тогда казались сказочным чудом техники и прогресса. Потому что до этого приходилось все записывать вручную. На следующий день разбираем каракули – трудно понять, что написали. Снова бежишь к носительнице фольклора. А она тебе уже новый вариант преподносит!

А особо запомнилась мне бабушка Лукерья. Ей исполнилось 90 лет, она была слепой. За ней дети и внуки ухаживали. Как-то получила письмо от ее дочери. В нем она писала: «Приезжай, Лена, бабушка хочет песни записать…» Я приехала, а у нее голос не по возрасту звонкий. Как запела она « Э-эей, по лесу по те-ом-ному…» Мурашки по коже. Она ничего не видит, а в песне вся выкладывается, отдает последнее, что у нее есть.

Мы с ней встречались несколько раз. Потом пришла назад моя открытка, которую я посылала любимой бабулечке. На ней было написано: «Адресат умер». А песни до сих пор живут в наших фольклорных программах. И еще немереное количество даже не расшифровано – ждет своей очереди.

Блиц-опрос

– Ваши увлечения?

– В детстве нравилось шить кукол, игрушки. Сейчас на увлечения нет времени. А хотелось бы вышивать, шить, вязать. Очень люблю рукоделие. Наше семейное хобби – активный отдых. Свободное время мы тратим на рыбалку, поездки по красивым местам Сахалина. Соприкосновение с островной природой дает колоссальный заряд бодрости.

– Что приемлете в людях, а что не воспринимаете?

– Мне не нравится в человеке грубость. Считаю, нет оправдания предательству. Не люблю ложь. Но все это умею прощать. А ценю в людях чувство юмора.

– Верите в гороскопы, судьбу? Кто вы по знаку зодиака?

– Я родилась на стыке двух знаков зодиака – Льва и Девы. В гороскопы не верю. Но в машине утром послушаешь какую-нибудь чушь, так она непременно сбудется. Поэтому лучше бы мне это не слышать.

– Любимое время года?

– Лето. Наше сахалинское, даже холодное.

Что значат для вас...

– Семья?

– Это единая команда, где один за всех и все за одного. Мы всегда вместе: Новый год – с семьей, на природу – с семьей. Нам вчетвером не бывает скучно. Мы счастливы вместе.

– Любовь?

– Для меня это чувство того, что ты нужен любимому человеку и тебе он необходим. Но чтобы сохранить любовь, нужен большой труд.

– Счастье?

– У меня своя философия счастья, которая гласит: никогда не унывать! Поэтому я счастлива всегда. Даже когда мне плохо, понимаю, что это дается мне не случайно. Неприятности делают меня сильнее, мудрее. Во всем ищу положительное, и мне так легче жить.

– Деньги?

– Куда без них? Их надо уметь зарабатывать. Но если мне предложат за деньги поступиться своими принципами – откажусь.

– Мечты. О чем они?

– Чтобы хватило сил и здоровья на все дела и проекты. Чтобы дети выросли, выучились и были счастливы. А в более масштабном плане – мечтаю расширить наш региональный фестиваль народной песни «Живые родники» до международного. А еще очень хочется, чтобы у нашей школы «Этнос» было шикарное здание (из старого мы уже выросли!) и наконец-то появился свой концертный зал. А главное, чтобы наши «этносовские» дети и коллективы добивались новых творческих высот.

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или