Черно-белые клавиши судьбы

четверг, 29 мая 2014, 12:26

9423

Автор: Татьяна Егорова

Жизнь наша подобна роялю, а мы – пианисты: как сыграем,так и проживем. В этом убеждена Римма Александровна Новокрещенцева – один из старейших преподавателей, основатель фортепианного отделения Сахалинского колледжа искусств.

Эффект Светика

В небольшом кабинете колледжа закончилось очередное занятие. Сколько их было у Риммы Александровны Новокрещенцевой за 56 (!) лет работы в главной кузнице кадров островной культуры, сколько студентов она обучила – трудно сосчитать. Да и в этом ли суть? Главное – все, кто прошел «школу Новокрещенцевой», полюбили музыку и все, что с ней связано, так же, как любит все это она.

А на пути к главному делу в жизни у нее были удивительные повороты судьбы. Родилась она в Одессе. Город детства Римма Александровна бережно хранит в своем сердце, тем больнее ей воспринимать, что происходит там сейчас. Увидев по телевизору кадры дикого кострища и все, что происходило возле Дома профсоюзов, она была шокирована происшедшими там событиями.

Она помнит другую Одессу. Родители дружили с семьей музыкантов и часто брали маленькую Римму к ним в гости. Там ее буквально завораживал большой рояль, занимавший центральное место в довольно скромной квартире. Он оживал, когда в доме собирался одесский люд на импровизированные концерты.

Увидев нешуточный интерес дочери к музыке, родители отдали ее учиться в музыкальную школу. Пока не было приобретено фортепиано, семья музыкантов любезно предоставляла Римме свой рояль для занятий и старательно опекала ее в музыкальных устремлениях.

Только повзрослев, она узнала, что ее благодетели – известнейшая в музыкальном мире семья Рихтеров. Глава семьи – Теофил Рихтер – пианист, органист и композитор. Его жена Анна Павловна – из русских дворян. Их сын – Святослав Рихтер, который из-за своих рыжих волос для нее и других был просто Светик, – один из выдающихся пианистов XX века, известный своей виртуозной техникой, огромным репертуаром и глубиной интерпретаций.

Светик был лет на десять старше Риммы, но это не мешало им общаться. О концертах Святослава Рихтера везде говорили как о чем-то необычном. Все, кто присутствовал в зале, удивлялись, как юноша запоминает столько произведений! Когда ему ставили на пюпитр вчерашние ноты, он говорил: «Нет, это мне не нужно, я уже все запомнил».

Образ Светика, его отношение к музыке стали для Риммы Новокрещенцевой камертоном в делах, своеобразной творческой планкой в работе со студентами, которым она посвятила всю свою жизнь.

За день до войны

В музыкальной школе Римма занималась с большим увлечением, за два года преодолела программу… четырех классов. Желая сделать дочке подарок, родители решили наградить ее поездкой в Ленинград. В северную столицу они с мамой прибыли вечером 21 июня 1941 года, а утром… началась война.

Чудом достав билеты на поезд, под огнем и бомбежкой они добрались до Одессы. Там вместе со всеми пережили тяготы военного лихолетья и оккупации. Но голод и холод отступали, когда девочка садилась за фортепиано, а занятия музыкой для нее не прекращались даже в самое трудное время.

После освобождения Одессы Римма перевелась в «муздесятилетку» – школу для особо одаренных детей, которая, наряду с музыкальным образованием, давала еще и общее.

В 1946 году, как одна из успешных выпускниц этого учебного заведения, она без вступительных экзаменов была принята в Одесскую консерваторию. Полуразрушенное бомбежкой здание, где они занимались, долго не могли отремонтировать. Зимой оно не отапливалось, студенты занимались в пальто, надев на руки перчатки с обрезанными пальцами. Профессура мерзла вместе с ними. Но были и праздники.

Часто в их музыкальный храм приезжали исполнители мирового уровня – пианисты Яков Флиер, Эмиль Гилельс, Яков Зак и многие другие. Они не только давали концерты и мастер-классы, но и общались со студентами. Лучшей школы для будущего педагога по классу фортепиано не придумаешь!

С отличием окончив Одесскую консерваторию, Римма Александровна имела право выбирать место своей дальнейшей работы. Она выбрала Житомир. Там проработала положенных три года. К той поре вышла замуж за Николая Сотниченко, который работал в военном духовом оркестре.

Желая устроить семейный быт, супруги делали запросы в разные города Советского Союза. И только управление культуры Сахалинской области давало гарантию на получение квартиры. Так они оказались на далеком острове, прихватив с собой еще двух музыкантов – теоретика и баянистку.

Музыкальный десант

Южно-Сахалинск 1958 года прибывших не испугал, но удивил. Сейчас Римма Новокрещенцева признается: «Я сразу и навсегда влюбилась в этот край».

Группу музыкантов ожидала на Сахалине работа в единственной тогда музыкальной школе островной столицы (теперь это Центральная детская музшкола). Однако когда к ранее работавшим здесь педагогам добавились еще четыре специалиста, появились новые возможности в музыкальном образовании области. Ставилась задача – обеспечить высокопрофессиональными кадрами все музыкальные школы, которые уже имелись к тому времени и которые еще предстояло открыть.

В октябре 1959 года в реестре островных учебных заведений появилось новое название – Сахалинское музыкальное училище. В 2005 году его переименовали в Сахалинский колледж искусств, и в нынешнем году отмечается его 55-летие.

Первый набор составил 50 человек. Это были взрослые люди, уже работавшие в области музыкального образования, но не имевшие дипломов. Как рассказывает Римма Александровна, нагрузка на педагогов пала невыносимая – 60 часов в неделю! Долго такое не могло продолжаться. Стали зазывать на интересную перспективную работу своих бывших однокурсников. Постепенно в музучилище начали съезжаться питомцы Московской, Одесской, Ленинградской консерваторий. Молодые, энергичные, они несли с собой на остров высокий уровень преподавания, глубокую эрудицию и материковую культуру.

Римма Александровна Новокрещенцева взялась за создание фортепианного отделения и затем 25 лет возглавляла его, заложив основы сахалинской фортепианной школы, которая востребована до сих пор. Сейчас она преподает такие дисциплины, как «концертмейстерский класс», «камерный ансамбль», а также ведет курс «Мир фортепианной музыки».

Яркая страница в истории Сахалинского музучилища связана и с ее мужем – Николаем Алексеевичем Сотниченко. Он сначала два года работал завучем, а затем 23 года – директором островной кузницы кадров культуры. При нем были построены два главных и всем известных здания – учебный корпус и общежитие, укрепилась материальная база. Обстоятельства сложились так, что в 1983 году ему пришлось уйти на пенсию, а через полгода он умер – без училища не мыслил себя.

Для Риммы Александровны это был сильный удар, но она нашла силы жить дальше. Спасала работа. Меланхолия – это не про нее.

Как-то на торжестве по случаю дня рождения Риммы Новокрещенцевой Ирина Герасимова, 13 лет возглавлявшая колледж искусств (сейчас она – исполняющая обязанности начальника управления культуры администрации Южно-Сахалинска), отметила: «Вы – не только наше достояние, но и наша совесть…» На что юбилярша, со свойственным ей одесским юмором, парировала: «Да что вы! Я – ваша старость».

Присутствующие в зале студенты, преподаватели, гости дружно загудели, категорично отвергая ее кокетливый пассаж о возрасте. Кавалер ордена «Знак Почета», Заслуженный работник культуры Сахалинской области, для них она в свои…

86 (!) – всеми уважаемая, любимая и прекрасная.

Допелся до народного

Память у нее феноменальная. Это касается не только музыки. Она помнит имена и фамилии всех студентов, даже тех, кто учился у нее более полувека назад!

Мы перебираем с Риммой Александровной фотографии прошлых лет. И о каждом из своих воспитанников она готова рассказывать часами. Для нее ее девчата и ребята – все исключительно талантливые. Хоть были и те, с которыми пришлось немало повозиться.

Среди фотографических залежей у себя дома она бережно хранит афишу спектакля «Севастопольский вальс» двадцатилетней давности Симферопольского театра драмы и музкомедии. На ней надпись: «Моей дорогой учительнице – Римме Александровне в знак сердечной благодарности от мучителя Валерия Карпова».

Прочитав послание, педагог рассмеялась: «Ну какой он мучитель? Не без способностей был парень, ни один капустник не обходился без него. Одно огорчало – поскольку ему все давалось легко, был чуточку ленив. Вот мы и воевали с его ленью…»

В начале 70-х годов, когда вошли в моду ВИА, Валерий Карпов входил в ансамбль, который создал тогда еще студент Сахалинского музучилища, а ныне – мэтр отечественной эстрады Игорь Николаев. Сначала Валерий встал за клавиши, но что-то у него не заладилось, и он начал петь. И как запел тогда, так и допелся до народного артиста Украины. Сейчас он – солист Крымского театра драмы и музкомедии в Симферополе, лауреат государственной премии, профессор, доцент института искусств. Но Сахалин не забывает. Педагог надеется, поскольку Крым теперь снова стал российским, они будут еще чаще встречаться.

Встречи с выпускниками, занятия со студентами, общение с коллегами, участие в училищных мероприятиях и сама музыка – это и есть тот самый «эликсир молодости», который дает Римме Новокрещенцевой силы жить, творить и растить новую смену кадров для островной культуры.

Фото из архива Р. А. Новокрещенцевой.

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или