Амулет в кармане гимнастерки

пятница, 20 марта 2015, 10:58

1840

Мой отец Борис Восторгов дважды был ранен, но дошел до Германии

Ушел на фронт добровольцем

Борис Васильевич родился в поселке Пинчуга Красноярского края в 1911 году. Имея за плечами всего четыре класса образования, в 13 лет пошел работать в контору учеником счетовода. Всю свою жизнь он занимался самообразованием, посещал различные курсы, был очень начитанным.

Когда началась Великая Отечественная война, отцу было уже за 30. У него была бронь, и он мог оставаться в тылу. Но папа пошел добровольцем, несмотря на то, что мне было шесть лет, брату Володьке – всего два года и мама ждала третьего ребенка.

Провожали отца всей семьей – бабушка, дедушка, мать и я с братом. В нашем глухом таежном поселке не было железной дороги, за призывниками приходили на площадь открытые машины-полуторки. В тот день там было много народа, играла музыка, плакали матери, бабушки, дети. Когда наш отец сел в полуторку, разрыдались и мы…

Так началась жизнь, полная тревог и ожиданий. Помню, как дедушка вставал на табурет, чтобы лучше слышать сводки Совинформбюро из приемника, что висел на стене.

Когда от папы приходило письмо, дома был настоящий праздник: значит, жив. Отец писал, что воюет в Киевском военном округе, о том, что он – командир взвода лыжного батальона. Писал, как получил свое первое ранение в бедро при форсировании реки Днепр в 1943 году.

В этот год не стало дедушки. Бабушка пережила его на два года, но тоже не дождалась сына с войны. Мы провожали ее в последний путь 9 мая – в тот день, когда пришла радостная весть о Великой Победе. Это был странный день: люди попеременно то плакали, то пели песни и радовались…

«Это наш папка!»

С той поры мы каждый день ждали отца – взявшись с братом за руки, ходили на площадь встречать полуторки, которые привозили демобилизованных солдат. Маму мы почти не видели, она постоянно была на работе.

Папы не было все лето. Домой он вернулся только в сентябре 1945-го. Все это время он лежал в госпитале с тяжелым ранением челюсти, которое получил при взятии города Глогау. Наш папа дошел до Германии… Врач тогда сказал: «Это чудо, что остался жив. Видимо, родные сильно за тебя молились…».

Я хорошо помню тот день, когда он вернулся. Когда подъехала машина, вышел из нее мужчина. Смотрю, вроде какой-то знакомый, только ростом слишком мал. В шесть лет он мне казался очень высоким.

Когда папа двинулся к нам, Володька спрятался за мою спину, а папа заулыбался и говорит: «Рита, Риточка, Вовка!». Я тогда сказала брату: «Не бойся! Это наш папка вернулся». Отец взял нас двоих за руки, и мы пошли домой. Вернулся он с одним рюкзаком, но главное, что живой…

Забытый солдат

Папа мало рассказывал о войне, только когда встречался с сослуживцами по праздникам. Но мы были детьми и не прислушивались к этим разговорам. Помню лишь, как рассказывал одну историю: «Зима, холодно… В мой взвод как раз пришло пополнение, а среди них – молоденький солдатик, невысокий такой – шинель по земле тащилась. Всю дорогу он отставал от нас. Когда остановились на привал в одной деревушке, натопили в доме печь, молодой, чтоб согреться, залез на печь и уснул.

Среди ночи взводу сыграли подъем, мы быстро собрались и пошли дальше, а о солдатике забыли. Только утром спохватились. Делать нечего, встал на лыжи, пошел назад. Прихожу, а он еще спит. Я растолкал парнишку, кричу ему: «Ты что, под трибунал захотел?», а он спросонья глазами хлопает. Тогда я Вовку своего вспомнил, и жалко мне парня стало.

Подгонял я его всю дорогу, а он бежит, шинель по снегу волочится.

Когда прибежали, нас уже командир роты ищет. Еще немного, и он должен был бы доложить, что мы пропали…».

Взяли хутор, но какой ценой!

Войну отец закончил в звании лейтенанта, награжден орденом Красной Звезды, множеством медалей. После выписки из госпиталя его направили в военкомат города Прилуки Житомирской области Украины, но весной 1946 года демобилизовали.

В 1947–1948 годах на Украине было голодно, и папа с мамой завербовались на железную дорогу на Сахалин. Работал он сначала на Холмской и Томаринской станциях путевым рабочим, затем – бухгалтером, старшим бухгалтером, бухгалтером-ревизором в стройуправлении треста «Сахалинморстрой».

Отец очень любил порядок в делах, был очень принципиальным и справедливым, боролся с халатностью, приписками и хищением, выступал на партийных собраниях, писал статьи в районные газеты.

Всегда увлекался поэзией, любил творчество Сергея Есенина. В юности писал стихи и отправлял их в газету, но их не печатали, потому что у него не было литературного образования.

После войны папа стал больше писать на военную тематику. Например, его стихотворение «Амулет» – про фотографию, на которой изображены мы с братом и мама. Всю войну она хранилась у него в кармане гимнастерки.

Умер отец в 1984 году от инфаркта, не дожив всего месяц до своего 74-летия. При жизни у него было пятеро детей и семь внуков, а сегодня – уже девять правнуков. Все мы трепетно храним память об отце-герое, передавая из поколения в поколение потрепанную тетрадку с его стихами…

Вот отрывок из его стихотворения «Хутор»:

… Мне вспоминается тот хутор,

Клочок украинской земли,

Где мы, застыв от злобы лютой,

Пошевелиться не могли.

Мы, путы страха разрывая,

В атаку кинулись туда,

Откуда смерть летела злая,

Как рой осиный из гнезда.

И хутор тот мы взяли все же,

Но, Боже мой, какой ценой!

О ней не вспоминать негоже,

Знакомя молодых с войной…

Маргарита Нестеренко, Южно-Сахалинск.

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или