Друзья девушек – автоматы

четверг, 16 июля 2015, 11:34

Василий Стефанович и Ольга Григорьевна с дочерью Любовью

Моя мама больше всего боялась получить похоронку с именем отца, сестры или брата…

У войны не женское лицо

«Мама, вот мой любимый друг, которого держу в руках и ухаживаю за ним», – написано на обороте фотографии, сделанной 22 декабря 1943 года. А «милый друг» улыбчивой девушки со снимка – автомат.

Сестра моей мамы, Лидия Васильевна Бозюкова, служила в женской автоматной роте. Когда грянула Великая Отечественная война, ей не исполнилось еще и 18 лет. Она только сдала государственные экзамены в педучилище Воронежа, как город начали бомбить. И Лидия, почти разутая и раздетая, трое суток бежала домой, в родную деревню Ясырки.

Лидия Васильевна Бозюкова

Но радость от воссоединения с семьей была недолгой – вскоре девушка ушла на фронт. В автоматной роте она всеми силами защищала Родину. Вернувшись после Великой Победы, Лидия восстановила диплом, работала учителем, а потом директором сельской школы. Но все же мирная жизнь моей тети сложилась не очень счастливо. Она умерла от рака в возрасте 58 лет.

Уцелел в Сталинграде

Вместе с Лидией Васильевной на фронт призвали отца и брата моей мамы. Василий Стефанович Бозюков родился в 1895 году. Он прошел всю Первую мировую войну. А когда началась Великая Отечественная, ему исполнилось уже 46 лет. Но дедушка выстоял, сумел выжить в Сталинградской битве. Каждый день он навсегда прощался с боевыми товарищами. Справиться со всеми тяготами ему помогала мысль о родных, ожидающих дома.

– Папа всегда говорил, что больше за нас переживал. Хотя сам каждый день подвергался опасности. Просыпался и не знал, останется ли жив, – рассказывает моя мама, Антонина Васильевна Мурая (в девичестве – Бозюкова). – А как страшно было в Сталинграде!.. Когда их туда отправляли, папа писал домой: «Надеемся, что враг будет разбит! Мы победим! Крепитесь!» И мы, голодные, холодные, тоже вынесли очень много. Забыть обо всем этом невозможно…

Василий Стефанович Бозюков во времена Великой Отечественной войны

Брат моей мамы, Александр Семенович Мурёхин, 1921 года рождения, служил танкистом. Вернулся весь израненный, но живой. Наверное, под счастливой звездой родился!..

Однажды Александр Семенович горел в танке, был контужен. Из-за ранения его ненадолго отпустили домой. Но через неделю он снова ушел на фронт. Дядя постоянно был на передовой. Так и дошел до самого Берлина.

От заката до рассвета

Не меньше тягот выпало и на долю бабушки, мамы и ее сестер, оставшихся дома. Они отдавали все силы на трудовом фронте. В поле пропадали от зари до зари. Одна из маминых сестер, Мария Васильевна, работала трактористкой. Десятилетней девочкой трудиться в колхоз отправилась и моя мама.

Она родилась во времена коллективизации – в 1930 году – в крестьянской семье, где была уже девятым ребенком. Мама вспоминает, как у них забрали последнюю овечку. Все работали в колхозе, где не давали ни паспортов, ни трудовых книжек. А трудиться приходилось в буквальном смысле от рассвета до заката. Но все равно люди тогда были очень дружны и охотно приходили на помощь друг другу. В начале 40-х жизнь понемногу начала налаживаться. Крестьяне, наконец, смогли позволить себе есть хлеб. Но тут грянула война…

Александр Семенович Мурехин (стоит в центре) с боевыми товарищами в Берлине

– Женщины стали сами сеять и косить рожь. А колос – высокий, тяжелый, налит зерном… И при косьбе ощущение, будто ребро за ребро заходит. Женщины постарше вязали снопы. Мы, подростки, делали свясло из осоки, чтобы потом, как веревками, связывать рожь, – вспоминает мама. – Еще я работала водоноской. Поле было – глазом не окинешь. Я набираю из бочки большое ведро воды и с кружкой иду. Жара, люди полют свеклу. На женщин, бедных, по 50 соток приходилось! Мы сейчас и на шести сотках устаем… Надо было прополоть, раздернуть свеклу, потом окучить – и все вручную. И они, на этой жаре, кричат: «Тоня, давай воды!» И я с одного конца поля на другой бегаю. Там напоишь – здесь кричат. И все без выходных, отпусков… А по ночам мы на быках возили сдавать государству мешки с зерном. Днем нельзя было, ведь летали немецкие самолеты. А ночью в пути нас сопровождали волки, светили глазами вместо фонарей. Так и добирались через поля. Сестра таскала мешки с зерном по одному, а я сидела, караулила остававшиеся, чтобы никто не украл их. Иначе сестре тюрьма. Трудно, очень трудно было!.. И победа эта, правильно говорят, со слезами на глазах.

Вернулись!..

Родную деревню мамы, к счастью, не бомбили. Зато нередко немецкие самолеты пролетали над Воронежем. И жители Ясырок чувствовали, как содрогается земля. Все окна домов были обклеены бумагой, чтобы не разлетелись стекла.

Жители деревни всегда с содроганием ждали почты. Ведь каждый раз вместе с письмами от отцов и братьев, друзей и любимых приносили похоронки. Стоны, крики стояли на всю деревню… К счастью, и дедушка, и тетя с дядей вернулись с Великой Отечественной целыми и невредимыми.

Василий Стефанович Бозюков во времена Первой Мировой войны

– Первым вернулся папа, – делится воспоминаниями мама. – Было уже тепло. А у нас перед домом – палисадник. Летом мы всегда спали там. Папа вернулся очень рано, на первом поезде. Шел в военной форме, помню, нес тяжелый чемодан. Мы все думали: что же там лежит? Оказалось – инструменты. Все эти стамески и напильники потом пригодились папе. Ведь после войны он возглавлял строительную бригаду в нашем колхозе... Когда увидели папу, мы так набросились на него со слезами. А он нас успокаивал, говорил, что все позади, мы победили. Так у нас и началась мирная жизнь. Мы с мамой и сестрами сразу воспрянули духом. Ведь на папу всегда можно было опереться. У нас такая радость была! А сколько слез было, когда все начали возвращаться. Моя тетя вырастила четверых сыновей, и один только вернулся...

Парашютистка и женщина года

После Великой Победы моя мама окончила школу, которую пришлось бросить, когда началась война. Потом поступила в Воронежский энергетический техникум, получила специальность техника-строителя. Приходилось есть одну картошку, носить старую одежду, целый год ждать места в общежитии, но родные все же не дали Антонине Васильевне бросить учебу. Будучи студенткой, мама начала заниматься парашютным спортом. Она совершила 10 прыжков.

Антонина Васильевна Мурая (в девичестве - Бозюкова)

В островной край мама приехала по распределению в 1952 году. Около 30 лет она проработала инженером в тресте «Сахалинтрансстрой». А общий стаж ее трудовой деятельности – 49 лет, 2 месяца и 24 дня.

И сегодня мама не может сидеть без дела. Почти 20 лет Антонина Васильевна активно участвует в городском совете ветеранов. Она возглавляет комиссию по работе с первичными ветеранскими организациями.

Такую энергичную жизненную позицию мамы отметили и на городском конкурсе «Женщина года». В 2012 году она стала лауреатом в номинации «Лидер общественного движения».

Любовь Кравцова

Фото из личного архива А. Мурой

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или