Выжженная земля

1677
Пт • 26 февраля 2016 • 14:40
Сергей Степанчук

Мы так и не научились думать о том, что остается после наших поступков – порой не всегда добрых и оправданных

Понадобилось дома сделать небольшой ремонт: покрасить заново две старые двери. Можно, конечно, и самому, но знакомые посоветовали мастеров за недорого.

Пара выходцев из братской республики трудились малярами на стройке, а по вечерам подрабатывали. У знакомых покрасили балкон – понравилось. Действительно, почему бы не доверить это дело профессионалам?

Пришли профессионалы, им выдали краски, кисти да малярную ленту. Раз, два – и все готово. Получили свою мзду и распрощались.

Я пришел домой чуть позже, посмотрел, покачал головой. Почему-то маляры не воспользовались лентой: может, не знали, для чего она нужна? Края окраски получились неровными. Поверхность бугрилась пузырями, кое-где остались разводы, а через высохший слой свежей белой краски местами проглядывала старая.

Что оставалось делать? Наклеил на косяки малярную ленту и сам все перекрасил заново.

Потом случился эпизод с другими мастерами. На этот раз надо было прокидывать трубы, устанавливать сантехнику. Двое молодых парней, которых мы нашли по объявлению, сделали свою работу добротно и толково, угостились предложенным ужином и приняли заслуженную плату. Только после их ухода выяснилось, что заодно втихомолку стащили новые фитинги, которые я выдал им на выбор.

Ради нескольких сотен рублей мы, понятно, шума не поднимали. Но чувство недоумения осталось: «Ребята, вы что, разбогатели, украв эти железки? Или была другая причина наплевать в глаза людям, которые дали вам работу и хлеб?»

Таких историй, собственно говоря, и у меня, и у вас – великое множество. Мы привыкли.

Одна общая черта объединяет этих, казалось бы, совсем разных горе-мастеров и «хозяйственных» сантехников. Живут они по принципу «выжженной земли». Пришли один раз, срубили денег в меру своих сил и ушли, не заботясь о том, что останется после.

Как собиратели ягод, которые прореживают брусничник комбайном: пускай на следующий год здесь не будет никакого урожая, но зато я сейчас быстро наберу полные короба.

А после меня – хоть потоп!

Вот ведь какая ирония: 70 лет мы намеревались созидать будущее, а не приучились даже думать о том, что остается после самого малого нашего шага. И каждый в какой-то мере оставляет за плечами полоску выжженной, бесплодной земли, на которой уже не найдут приюта другие люди. В том числе наши дети и внуки, о которых мы так громко заботимся.

Куда ни глянь – везде натыкаешься на выжженную землю. Это продавец, заведомо продающий тебе плохой товар: ты к нему больше не придешь, но на его век простаков хватит. Это страховой агент или банковский работник, который наплетет что угодно, лишь бы заключить контракт и получить свою провизию. Это врач, думающий только о выполнении плана. Это автомеханик, который тайком поставил изношенную деталь взамен новой, думая, что его никто не изобличит.

И журналисты нередко работают по схеме «выжженной земли»: главное – любым способом получить сенсацию, славу и гонорар, и неважно, что подмочена репутация всего журналистского цеха.

А уж политики!.. Но нет, щекотливая тема.

Никто и не верил никогда в сказки, что совесть – лучший контролер. На самом деле, если не следует наказания, значит, можно все. А если после этого не получается смотреть людям в глаза – значит, найдем других людей. Всего-то делов.

И порой мне даже кажется, что на нашем острове мы тоже живем как во временном лагере, в ожидании сигнала на отъезд. Вот-вот сорвемся – и останется после нас... То самое и останется.

Выжженная земля.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru