30 августа - сражение при Гросс-Егерсдорфе

вторник, 30 августа 2016, 08:00

В этот день в 1757 году русские войска под командованием Степана Фёдоровича Апраксина одержали победу над прусской армией в сражении под Гросс-Егерсдорфом (ныне Черняховский район Калининградской области). Это первое крупное сражение с участием русской армии в Семилетнюю войну. Несмотря на победу русского войска, какой-либо пользы извлечь армия не смогла из-за решения Апраксина отступить после битвы.

В 1756 году началась Семилетняя война, основное противостояние в Европе происходило между Австрией и Пруссией из-за Силезии, потерянной Австрией в предыдущих Силезских войнах. Решение о присоединении России к антипрусской коалиции приняла императрица Елизавета Петровна в 1757 году, так как из-за многочисленных поражений австрийцев возникла угроза взятия Вены, а чрезмерное усиление Пруссии входило в противоречия с внешнеполитическим курсом русского двора.

Россия действовала в Семилетнюю войну успешно, хотя порой курьезно. Последнее проистекало из-за внутренних придворных обстоятельств. В конце 1750-х годов императрица Елизавета часто болела, опасались за ее жизнь. Наследником Елизаветы был ее племянник, сын старшей дочери Петра I Анны — великий князь Петр Федорович. До принятия православия его звали Карл Петр Ульрих. Почти сразу после рождения он потерял мать, в малолетстве остался без отца и занял отцовский Голштинский престол. Принц Карл Петр Ульрих был внуком Петра I и внучатым племянником шведского короля Карла XII. Одно время его готовили стать наследником шведского престола. Когда в 1742 году. 13-летнего голштинского принца выписали в Петербург, он произвел на всех удручающее впечатление своей неразвитостью, дурными манерами и презрением к России.

Идеалом великого князя Петра был Фридрих II. Как голштинский герцог, Петр являлся вассалом Фридриха II. Многие опасались, что он будет «вассалом» прусского короля и заняв российский трон. Придворные и министры знали, что в случае вступления на престол Петра III Россия немедленно прекратит войну в составе антипрусской коалиции. Но еще царствующая Елизавета требовала побед над Фридрихом. В итоге военачальники стремились наносить поражения пруссакам, но «не смертельные». Именно поэтому в первой крупной битве между прусскими и российскими войсками, состоявшейся 19 августа 1757 года у деревни Гросс-Егерсдорф, командующий русской армией Апраксин разгромил пруссаков, но не стал их преследовать. Напротив — он отошел сам, что позволило Фридриху II привести свою армию в порядок и перебросить ее против французов.

Накануне сражения, 29 августа, Апраксин отдал приказ о выступлении рано утром следующего дня, по одним сведениям собираясь, не доверяя сведениям прусским дезертиров о готовящемся нападении, продолжить путь на Алленбург, по другим - намереваясь дать пруссакам сражение на открытой местности за Гросс-Егерсдорфом.

30 августа внезапно передовые части русских, буквально продиравшиеся через поляны и прогалины защищавшего их до этого лесного массива, при выходе из леса оказались лицом к лицу с идущими в атаку пруссаками. Эффект неожиданности был полным, на узких лесных тропах, запруженных повозками, артиллерией, возник хаос, препятствующий частям, оставшимся за лесом, прийти на помощь товарищам, попавшим под прусский огонь.

Для пруссаков выдвижение русских частей также явилось сюрпризом: план фельдмаршала Левальда предусматривал атаку лагеря в том виде, в каком он представлял его по результатам рекогносцировок, а не походных колонн противника. Корпус Левальда покинул лагерь ночью, преодолев лежащий на пути лес, пруссаки выстроились возле Гросс-Егерсдорфа для наступления. Русских они в этот момент не видели, тех скрывал густой туман, зато хорошо слышали барабанный бой и сигналы, доносящиеся со стороны противника. В четыре часа утра прусские батальоны перешли в атаку.

Благодаря неожиданности, атаке пруссаков поначалу везде сопутствовал успех - опрокинули кавалерию на правом фланге русских и зашли в тыл русской пехоте, прусская конница атаковала калмыков и казаков на крайнем левом фланге русских и вынудила их отступить под защиту пушек. Вскоре, однако, атака её была отбита соединёнными усилиями русской пехоты и регулярной кавалерии.

Принявшие на себя первый удар пруссаков, бригады Салтыкова и Вильбоа, почти не получая подкреплений, несли большие потери, Вильбоа потерял до половины своих солдат, но они, прижатые к лесу, держались стойко под лобовым огнём прусских батарей и продолжали наносить чувствительные удары пруссакам. Русская артиллерия, шуваловские гаубицы, производили в рядах наступающих особо жестокие опустошения. Неоднократно бой на краю леса переходил в рукопашную.

Победа начала ускользать от пруссаков. Свежие части из резерва 3-й дивизии ударили на правом фланге русских по коннице Шорлемера, тот вынужден был с потерями ретироваться. Вторая атака конницы принца Голштинского была отбита, как и первая, но принц предотвращатил ей фланговый удар по прусской пехоте у Даупелькена.

В какой-то момент возникла угроза окружения правого фланга растянутой, обескровленной 2-й дивизии русских. И вот тогда, когда правый фланг начал отступать, и бой шел уже в самом лесу, по левому флангу прусской пехоты внезапно нанес удар генерал-майор П. А. Румянцев с четырьмя свежими полками. Этот удар, сделанный Румянцевым по собственной инициативе, и решил исход сражения. В рядах первого эшелона пруссаков возникло замешательство, передающееся и второму эшелону. Дрогнув, прусские батальоны начали отход. В этот момент в неразберихе боя часть их попала под огонь собственного второго эшелона, и отступление превратилось в паническое бегство. Лишь левый фланг пруссаков, прикрываемый кавалерией Шорлемера, отступил в полном порядке.

Сражение при Гросс-Егерсдорфе продолжалось в течение пяти часов, потери прусской стороны превысили 4,5 тысячи человек, русских — 5,7 тысяч, из них 1487 убитых.

Победив в сражении, Апраксин не попытался развить успех преследованием противника. Левальд беспрепятственно отошел к Велау. Дойдя приблизительно до того места, где до сражения находился второй эшелон прусской пехоты, Апраксин остановился лагерем и пребывал неделю в совершенном бездействии. Лишь 25 августа (5 сентября) он предпринял попытку обхода правого фланга Левальда, но тот не принял боя. 27 августа (7 сентября) Апраксин внезапно отошел на другой берег Прегеля и начал поспешное, как если бы он был разбит, отступление к Неману. Оправившиеся пруссаки, узнав об отходе русских с опозданием на неделю, с этого момента преследовали русскую армию по пятам на всём протяжении пути до прусской границы. Причины столь внезапного отступления Апраксина не до конца понятны и сегодня. Сам Апраксин был отрешён от должности, предан суду, и, не дождавшись суда, умер от удара.

Подготовлено по информации портала «История России» и Wikipedia

 

Комментарии

К данному материалу пока нет комментариев. Вы можете стать первым.

Или